Непристойное предложение. Книга 2

"

"Но уже на следующий день такой, казалось бы, большой скандал стих. Говорить было не о чем, Адриана Кейма поймали, Элеонору положили в лечебницу.

А говорить об одном и том же быстро наскучило принцессе. Право, она могла бы признаться, что быстро отпустила этот скандал. Ведь была уверена, что в темнице сидит виновный, ну а что с самой леди Фокс и выживет ли она, ей было не интересно.

Поэтому спустя пару дней она снова заскучала, как и дворец. А ливень только ухудшил это состояние.

Поэтому принцесса захандрила и даже не желала спускаться к завтраку.

Хотя матушка-королева настаивала на личном присутствии Амелии: им нужно было обсудить традиционные праздники, ведь именно на эту пору приходилась самая горячая пора бального сезона.

А сама королевская семья на днях собиралась принять участие в ежегодной охоте. Нужно было составить список приглашенных и решить, с кем будет сидеть сама Амелия. Пока мужчины будут охотиться, женщины будут играть в настольные игры и пить лимонад.

Но принцесса ошибалась, думая, что день будет скучным и официальным.

Ведь даже после Дня Рождения любимица короны получила неожиданный подарок.

Газета, перевязанная красным бантом, принесла ей весьма интересные новости. Хандра пропала, уступив место нездоровому румянцу и неприлично широкой улыбке. Ох, увидела бы ее матушка, точно бы сделала замечание!

— Королева уже знает? — только и спросила красавица, кинув взгляд на любимую служанку.

— Королева лично вызвалась составить список гостей, — улыбнулась ей служанка.

— А папенька? — испугалась принцесса, вдруг такой интересный скандал пройдет мимо из-за чопорности короля.

— Не возражает, — ответила служанка.

«Значит, папенька тоже заскучал», — подумала принцесса, снова и снова перечитывая пару строчек. Этот бальный сезон несомненно ознаменуется громкими и интересными скандалами, и принцесса непременно будет в самом центре событий.

Адриан

Утро началось с плохих вестей. Элеонора еще спала, когда посыльный принес письмо, кто бы мог подумать, от Марка!

Он сообщал о плохом состоянии его жены Элизабет и просил меня приехать.

Я был удивлен, что письмо написал именно Марк, после последних событий я ясно почувствовал его недоброжелательное отношение. И подумал, что отныне дружба с Элизабет и Марком будет прекращена.

Тем страннее было получить эту весть. Облачившись во фрак и прихватив трость, я немедленно отправился в уже знакомый дом. Но когда приехал, узнал, что Элизабет и Марк уехали в лечебницу.