Непристойное предложение. Книга 2

Больше всего волновалась, что скажет Адриан. А если я встречу по пути Маргарет? На кровати сиротливо лежало синее платье. Время переодеться еще было.

— Я не трусиха, — сказала себе. Снова вздохнула и тихо выскользнула в коридор. Оглянулась в поисках младшей сестры и как можно скорее побежала в покои Адриана."

"Меня одолевали странные чувства. Волнение смешалось со страхом, но, вместе с тем, было и предвкушение. Я ждала, что же будет дальше… Ведь у меня не было совершенно никакого опыта, чтобы предположить, что сделает герцог.

Когда добралась до заветной двери, замерла. Стоит ли стучать? Адриан ведь должен меня ждать. А если он не одет? А если стук услышит Маргарет и придет сюда?

Легонько надавила на ручку, и дверь тут же поддалась. Адриан меня ждал, как и сказал. Последний раз глубоко вздохнула, велела трусихе Эли остаться за дверью.

Свет был приглушен. Адриан стоял у окна. Стоило мне войти, он обернулся и замер. Я отметила, что, в отличие от меня, он был одет как подобает — в чистом костюме, с уложенными волосами.

Я почувствовала лёгкий стыд. Но сразу же его поборола.

«Хватит нервничать, Элеонора», — сказала я себе. Будь Адриан раздет, вряд ли почувствовала бы себя увереннее.

Адриан молчал, он окинул взглядом ножку, которая красиво выглядывала из-под ночной рубашки.

Молчание начало меня беспокоить. Больше всего я боялась его недовольства. Тишина давила. Пусть скажет хоть что-то! Но Адриан без слов разглядывал меня, а в темных глазах было сложно прочитать хоть какие-то эмоции. Впрочем, на эмоции герцог не был способен.

Наше представление уже началось. И, видно, я сделала ход первой. Может, я так обескуражила Адриана, что он был не в силах что-то сказать?

Но он должен сказать хоть что-то! И, очевидно, сегодня моя очередь его к этому подтолкнуть.

— Ты ждал меня? — спросила, желая прервать нервирующую тишину.

Адриан

— Ты ждал меня? — спросила Элеонора. На ее лице была шаловливая улыбка, а рукой она опиралась о стену. От этой позы с одного плеча сползла бретелька ночной рубашки, делая верх еще более открытым. Хотя, казалось, более открытой легкую ткань на бретельках уже не сделать.