Непристойное предложение (СИ)

Я любила этот дом! Каждый кустик роз, который мама высаживала сама; лавочки, которые они выбирали с отцом; библиотеку полную книг.

Но на удивление, я получила требование подписать бумаги на продажу и разделить деньги. Это был первый мой отказ.

Я четко аргументировала свое «против». Но на этом война только началась.

Мне угрожали, писали письма полные обвинений. Родная тетя называла меня самыми грязными словами. А Маргарет клялась, что если не подпишу, век она меня знать не желает.

Не велика потеря. Я уже сама, на тот момент, ее знать не желала.

Жизнь с Пэгги многому меня научила. Пэгги была очень доброй, и она готова была меня обслуживать, как маленькую, и я, к своему стыду, этим пользовалась. Но только первые несколько недель.

Вскоре я стала понимать, что пакеты с едой могут быть для престарелой женщины не подъемными. Что стирать мои вещи ей очень сложно. И что лишний раз помыть за собой посуду не так уж и тяжело.

Стала я понимать, что денег не хватало. Стопка из счетов за старый двухэтажный домик росла.

Старушка просто не могла покрыть расходы на еду для двух человек и еще за старенький домик. И вот тогда я стала учиться работать.

Я сразу решила, что буду изучать то, на что есть спрос. Пэгги, после того, как перестала работать в нашей семье, купила себе маленькую лавку, в которой шила разные предметы для быта. Сначала это были красивые шторы, а потом простенькие пододеяльники и простыни.

Она стала плохо видеть, стало сложнее вдевать нитку и сложнее подолгу шить. Я же была молода и наделена бытовой магией.

Поэтому взялась учиться. Это было сложно, даже несмотря на наличие магии. Но я смогла многое освоить, благодаря тому, что Пэгги была чудесным учителем.

Если бы не моя старая няня, этот год я бы просто не пережила. За год я сильно выросла. Мой мир изменился полностью.

И от той милой глупышки Эли, не осталось ничего. Только цель — сохранить дом. Я хотела выкупить половину у своей сестры, но для этого нужна была крупная сумма, а где взять ее я не имела ни малейшего представления.

На это я и надеялась. Но моя сестра не оставляла свой затеи и выдвигала все новые и новые требования ко мне. Вот и Римус в этот раз явно пришел сообщить что-то новое. И по его стопке бумаг с самодовлольным выражением лица я понимала, ничего хорошего он мне не скажет. И предчувствие меня не обмануло…

Глава 2.4

Из моих мыслей меня вырвал голосочек Римуса.