Неприступная Эбби Фрост

А потом мы пили чай из больших кружек красивого бирюзового цвета. Колдер достал песочные печенья и хрустящие бублики. Дождь за окном как-то незаметно сменился снегом. Да еще каким! С неба падали настоящие пушистые снежинки, которые медленно покрывали все вокруг мягким покрывалом.

– Тебе стоило сказать мне правду, – тихо произнесла я, смотря в окно.

Колдер не стал уточнять. И так понятно, что я имела в виду.

– Я боялся, что ты меня не простишь. Игра как-то быстро и незаметно стала реальностью. А спор просто стал началом наших отношений.

– После того, как затащишь меня в постель и заберешь выигрыш? – горько улыбнулась я, обнимая кружку ладонями.

– Нет. Когда буду уверен, что ты любишь меня также сильно, как и я. Когда поймешь, что этот спор лишь глупость, и главное, что мы есть друг у друга.

– Думаешь, потом… я бы смогла тебя простить?

Я перевела взгляд на парня, застывшего напротив. Он долго рассматривал остатки чая в своей кружке, прежде чем ответить.

– Я бы сделал все для того, чтобы ты простила. И готов сейчас на все, – отозвался Колдер. – Сам не понимаю, как ввязался во все это. И не только я. Все мы. Все началось еще в сентябре. С Дерейка Стафшера, который поспорил с Андреасом Ронтолом, что соблазнит Молли Эдмондс.

– Чем она ему так не угодила?

– Не она. Ее брат. Тот еще мерзавец, если честно. Он увел, а потом бросил девушку, которая нравилась Дерейку.

– И тот решил отомстить его сестре? – переспросила я и покачала головой.

– Думаю, Дерейк уже сам не рад, что поддался и поспорил. Эта рыжая его сильно зацепила. Но и Андреасу досталось. Раньше все ходили покупать артефакты к нему, теперь же все стараются обращаться к Эдмондс. Она хоть и первокурсница, но оказалась весьма талантливой. Её работы намного симпатичнее работ Андреаса.

– Ясно, – кивнула я и потянулась за бубликом.

Откусив кусочек, захрустела и запила все глотком остывшего чая.

– Я подшучивал над Дерейком и точно не собирался принимать в этом споре участия. А потом… – Колдер запнулся и осторожно продолжил: – Ты так быстро и ловко отшила меня в лечебнице, что я даже растерялся. Обычно девчонки жеманничали, кривили губы, но позволяли мне многое… Не скажу, что я был бабником, который таскается за каждой юбкой, но у меня были девушки. И очень многие другие студентки мечтали стать той единственной.

– Не ты. Тебе было все равно, кто я.