Нерядом

Тут все настроены гораздо более враждебно, я прямо-таки ощущаю эти неприятные флюиды, что летают в воздухе, поэтому отхожу чуть подальше и почти забиваюсь в угол, чтобы привлекать поменьше внимания, утыкаюсь в телефон, переписываясь со своими девочками со студии. Мы обсуждаем будущие танцы для группы поддержки, когда около моей головы внезапно появляется какая-то рука, которая упирается в стену.

Поднимаю глаза и замечаю незнакомого парня, но на нем толстовка с эмблемой «Титана», и я сразу понимаю, что мне все это совершенно не нравится.

– Привет, – говорит он мне с улыбкой. Тут принцип «улыбается – значит, добрый» не работает, в его улыбке нет ни капли дружелюбия. Больше напоминает оскал.

– Привет, – отвечаю спокойно, решая не нарываться на конфликт сразу. А то еще заденет его, что я не реагирую.

– Стоишь тут, грустишь, – говорит он. Мне противно. – Я подумал, тебе срочно нужна компания.

– Нет, на самом деле не нужна, я жду папу, так что все хорошо, – стараюсь вложить в свой голос как можно больше спокойствия и дружелюбия.

– Как скучно, – он выпячивает нижнюю губу, позер. – Пойдем лучше со мной? Познакомимся поближе… – Он наклоняется ниже ко мне, демонстрируя слово «ближе». Слишком. Мне некомфортно. И как только я пытаюсь то ли оттолкнуть его, то ли сбежать, он перехватывает мое запястье, делая больно. – Я же сказал: пойдем со мной. Я хочу познакомиться с тобой поближе.

– А я не хочу, отпусти, – уже рычу, а еще стараюсь не заплакать от страха.

– А что… что, если я тебя украду? – шепчет он мне чуть ли не в губы, я даже свои поджимаю от неприятного ощущения. – Закину на плечо и просто украду, м-м?

– Ну попробуй, – звучит грубый, злой и самый нужный сейчас голос в мире. – Рискни, если хочешь вылететь до конца сезона со сломанным носом.

– Воу, парень, а ты борзый? – усмехается этот идиот и, о чудо, таки отстает от меня и поворачивается к Горину.

– Справедливый, – говорит Дима.

– Какие вы все рыцари в этом «Фениксе», – усмехается парень, но очень зло. – Валю, не психуй. Булгакову привет передай, – говорит он почему-то и на самом деле уходит.

А я только в эту секунду начинаю дышать. Господи!

– Испугалась? – спрашивает Дима и, когда киваю, обнимает меня и гладит по голове, как маленького ребенка.

Я не настолько испугалась, конечно, но в целом приятно, поэтому его не останавливаю.