Зато запоминающаяся.
Мне не хватает кислорода, пульс стучит в висках больно и пронзительно. Увидев, как Аслан стоит, вытирая струящуюся кровь по подбородку, а Демьян хрипло и тяжело дышит, отряхивая брюки, моё сердце сжимается в комок.
Это не может быть правдой. Это просто дурной сон.
Наверное, в какой-то степени мне повезло, что я попала под конец драки, когда парней уже растащили по разные стороны, но этого достаточно, чтобы ненадолго застыть в оцепенении и оценить жуткий итог: разбитые лица, кровь на костяшках и одежде, и усыпанный осколками пол.
— Да что с тобой такое?! — накидываюсь на Демьяна, ударяя его ладонями в грудную клетку. — Какого чёрта ты творишь?
Боковым зрением я замечаю, как к Аслану подходит Лерка, протягивая салфетки и предлагая подняться в приватную зону, чтобы умыться. Именно сейчас я сильно рада, что она у него есть. В её голосе слышатся спокойствие, забота и отзывчивость.
Всё то, чего не хватает мне.
— Тих-тихо, Алин, — останавливает меня Дёма, перехватив за кисти рук.
В ноздри ударяет приторный запах крови. Я отшатываюсь, потому что меня начинает мутить. — Пойдем со мной. Пойдем, пожалуйста. Я всё объясню.
Механически переставляя ноги и избегая встречаться с кем-либо взглядом, я направляюсь в свободную уборную на первом этаже. Силы покидают моё тело. Я прижимаюсь спиной к холодной стене и медленно сползаю на пол, наблюдая, как Демьян открывает кран и приводит себя в порядок.
Меня разрывает изнутри. Мысли путаются. Я крепко зажмуриваюсь, но это не помогает избавиться от кошмара, который раз за разом всплывает в моей голове.
— Аль, тебе плохо? Хочешь уехать домой?"
"Дёма опускается на корточки и осторожно кладёт ладони на мои колени, стараясь успокоить. Кажется, он до сих пор не осознаёт, что натворил. В его глазах всё ещё плещется смесь гнева и адреналина, что и во время драки. С одной стороны — я хочу его размазать, а с другой — выслушать и дать возможность оправдаться.
— Да.
Из-за навязчивого гула в ушах я почти не слышу, кому звонит Демьян.
Позже в уборную заглядывает Лерка, предлагая антисептик и пластырь. Она отчитывается, что уже обработала раны Аслана, и с лёгкой улыбкой добавляет, что он останется помочь с уборкой.
Я кое-как поднимаюсь с пола и плетусь на улицу. Народ рассасывается, диджей собирает аппаратуру. Из оставшихся — только Ника, Назар и Тимофей. Коротко попрощавшись с ними, я шагаю по вымощенной камнем аллее, и лишь дойдя до середины, понимаю, что забыла в прихожей пиджак.
