Онлайн-библиотека книг
В теперешнем Советском Союзе все надписи — или по-русски, или в республиках — на национальном языке.
Микроавтобусы прибыли к гостиничному комплексу, примыкающему к стадиону — трем бело-желто-бежевым зданиям. И вообще, стадион был безвкусным и аляповатым, тут словно скрестили два уродских архитектурных решения двухтысячных: синий металл и пластик, и вот эти домики. Архитектору — двойка. Наш стадион «Северный» в Михайловске хоть и победнее будет, но чувствуется единый стиль.
Тут-то нас и атаковали журналисты, благо что многочисленные полицейские разогнали толпу и ощетинились щитами, предоставляя нам проход.
— Парни! Парни! — прицепилась к нам молоденькая журналистка. — Кто-нибудь из вас говорит по-английски? У меня очень важный вопрос!
Поймав мой взгляд — а симпатичная, фигуристая, на бразильянку похожая, — она широко улыбнулась и протянула микрофон, спросив:
— Есть ли в вашей команде геи?"
"А вот и любимая ими повесточка.
— Не уверен насчет команды, но… — Я присмотрелся к ее бейджу, — Энн, в СССР у нас есть геи. У нас свободная страна, каждый может быть хоть кем. Хоть космонавтом, только учись.
— Э… Вы наверное неправильно поняли мой вопрос, мистер…
— Нерушимый. Алекс Нерушимый.
— Мистер Ньерусчимий… Я спрашивала вас о…
— Содомитах. Мужчинах, которые предпочитают мужчин, я понял.
Оставив ее недоуменно хлопать глазами, я пошел за своими, часть парней тут же набросилась на меня и начала спрашивать, о чем мы говорили. Я им сказал, что девушку интересовало, есть ли педерасты в «Динамо».
— Странный вопрос… — почесав голову, удивился Марокко. — А ты что ответил?
— Что у нас нет, потому что все геи пошли работать футбольными арбитрами и гаишниками.
Взрыв хохота советской команды сопровождался вспышками фотокамер.
В гостинице, самой, кстати, обычной, нас зарегистрировали, раздали ключи — хоть на отдельные номера не поскупились, и мы оккупировали второй этаж.
В полседьмого в дверь постучали, и я открыл парню в белой рубашке и жилете, с желтыми волосами, зачесанными, как у Гитлера.
— Добьи вечеа, — улыбнулся он. — Минья зовут Пол. Иа волонтеа. Ужин гуатов. Идьемте со мной, пожалуиста.
