Несбывшаяся жизнь. Книга первая

Покричит, поорет и успокоится, Полечка добрая. И внучка своего будет обожать не меньше, чем тебя. Ну или внучку.

– Лизка права, – кивнул Дымчик. – Полечка хорошая. И тебя, дуру, простит. Повыступает и простит. Я о другом – о твоем Жеке. Я вот думаю, как с ним разобраться.

– Забудь про него, – сказала Лиза, – и не марай руки. Ну что ты ему сделаешь, дашь в морду? Не смеши, Дим. Да и вряд ли это поможет. Бог ему судья, еще пожалеет. Еще приползет и будет умолять дать на ребеночка глянуть!

– Дура ты, Лизка, – усмехнулась Ритка.

 – Бог судья, ага! И приползет он, как же! Никуда он не приползет. Потому что сволочь. Димка прав. И что я сама виновата, прав. Связалась с тупым качком и бегала за ним как умалишенная. И никакого бога, Лизочка, нет. Ладно, ребята. Все ясно. Спасибо за поддержку. Я знаю, что делать.

Ритка встала, отерла слезы и ушла к себе в комнату.

Растерянные Лиза и Дымчик смотрели ей вслед. Лиза бросилась за Риткой, но дверь была закрыта на замок. Перепуганная Лиза барабанила в дверь, умоляя Ритку открыть.

Дымчик растерянно вздыхал.

Через пару минут дверь отворилась.

Ритка стояла бледная, спокойная, с отсутствующим неживым взглядом.

– Что ты придумала? – закричала Лиза, тряся ее за плечи. – Что ты такое придумала?

– Ничего, пойду и утоплюсь. Хотя нет, не получится: зима, лед, а в проруби застрять можно. – Она хмыкнула и скривилась. – Значит, повешусь, всего и делов. Повешусь или спрыгну с высотки. Заберусь на крышу и… Тю-тю. Короче, подумаю.

Дымчик заорал, что она идиотка и дура, и даже еще дурее, чем он предполагал, и что Полечка никогда от нее не откажется, и есть они, ее самые близкие друзья, Лиза и он…

– А до этой твари я все равно доберусь! Хотите вы этого или нет, но возмездие настанет, не сомневайтесь!

Лиза то успокаивала бушующего Дымчика, то укладывала в кровать бледную, по-прежнему как неживую подругу, бегала за водой и сердечными каплями, еще мам-Ниниными, в старом, почти засохшем пузырьке.

И вдруг Ритка села на кровати, немигающим мертвым взглядом посмотрела поочередно на обоих и спокойно сказала:

– А ты женись на мне, Димка.

Спаси меня от позора. Женись, и все. Тогда Полечка все примет. Поживем пару лет расписанные и разведемся. Зато спасем мою честь.

И громко, истерически захохотав, Ритка упала ничком на кровать и через минуту добавила спокойным и нормальным, обычным голосом:

– А здорово я придумала, да?

Обалдевшие Лиза и Дымчик смотрели на вполне спокойную Ритку.

– Шутишь? – спросил растерянный Дымчик.