Неслучайная няня для миллионера

И поверь, я не дам тебе забыть. И да, я тебе угрожаю! Предупреждаю, чтобы лишних вопросов не оставалось!

Страшно ли мне становится после его слов? Да! Естественно, страшно! Преображенский славится тем, что всегда выходит сухим из воды. По хватке его даже можно сравнить с Игнатовым. Роман Альбертович тоже бизнесмен, только сферы у них разные. Тимур Алексеевич создаёт – если иметь в виду строительство зданий. А Преображенский разрушает. Семьи, империи, авторитеты...

– Ладно, проводи меня, – начальник обнимает меня за плечи, потеснее прижав к своему боку.

– Ты, кстати, ещё больше похорошела, – бросает как бы между прочим, пока мы медленно идём по мощёной дорожке. – Вижу, испанское солнце пошло тебе на пользу!

Я удивлённо вскидываю голову, чтобы посмотреть в глаза своего босса.

– Да, я знаю, где ты была, – признаётся он с улыбкой. – И знал, когда вернёшься. Ты спросишь меня, почему я здесь? Так вот ответ очень прост: напомнить о том, кому ты обязана и что должна делать.

Раз уж ты забыла. Ты ведь не няня, Белова. И можешь сесть в тюрьму за мошенничество, – он прижимается губами к моему уху: – Не надо шутить со мной!

Чемодан Амины я оставляю в её комнате... Хотя ещё десять минут назад собирался переселить девушку к себе. А вот теперь уже сомневаюсь.

Пока домработница возится с Лизой, открываю шторы в своей спальне и сразу вижу их. Её жених обнимает Амину за плечи, наклоняется к ней... И я понимаю, что они целуются.

Морщусь и отступаю от окна.

Однако продолжаю смотреть.

– Тимур Алексеевич, как же Лизочка выросла! – восторженно восклицает Галина Викторовна за моей спиной. – Боже! Вы посмотрите! Да она уже сидит!!

– Да... – я наконец отрываю взгляд от сладкой парочки в саду и смотрю на дочку. – Это заслуга Амины. Лизе с ней хорошо.

Словно сам себя уговариваю, чтобы немедленно не уволить няню.

Я разочарован, зол, обижен... И обида во мне настолько сильная... Даже как-то глупо испытывать подобное в моём возрасте.

Ну я же не мальчишка!

Видимо, то, что происходило между нами в Испании, было для Амины просто короткой интрижкой. Вот и всё! И теперь она снова со своим женихом.

Взгляд вновь дёргается к окну, но в беседке уже никого нет.

– Тимур Алексеевич, у Вас всё хорошо? На Вас лица нет, – причитает домработница.

Да что она лезет ко мне?

– Я в норме, – бросаю бесцветным голосом.

На самом деле я злюсь не на Галину Викторовну. И даже не на Амину.