Неслучайная ночь

Когда последнее стало особенно его беспокоить, Ветер стянул с себя плавки и швырнул их на пол. Сразу стало комфортнее, но сон так и не шел. А все из-за мыслей, тут же вползавших в мозг! Они мешали погрузиться в то безмятежное состояние, которое предшествует сну.

Ветер планировал в эти выходные открыть станцию, но его так замучили своими визитами менты, что он решил отсрочить еще на неделю. Такое известие, естественно, никого из членов клуба не порадовало, но куда деваться? Сергею даже подготовить базу некогда было.

Только соберется, а тут звонок: ждите, едем. Сначала за машиной Дрозда прибыли, чтобы ее отогнать. Потом для осмотра дома (но не для обыска – на это ордера не было). Затем просто для беседы…

Да еще непрерывные боли в паху! Он из-за них почти не спал и катался на борде без привычного кайфа. Конечно, какой может быть кайф, если тело раздирает боль?

«Я скоро умру, – обреченно думал Ветер. – Совершенно точно. У меня такие предчувствия, а они меня не обманывают.

Но как жаль, черт возьми! Хоть бы на пару лет попозже. Я успел бы подготовить ребят, что начнут у меня этим летом заниматься…»

Думая о подростках, Сергей имел в виду троих «неблагополучных» парней, которых взялся обучать кайтингу. Мальчишкам было по шестнадцать, а они уже успели побывать в колонии для трудновоспитуемых. Ветер и сам рос отнюдь не примерным – и дрался, и воровал даже, и на учете в детской комнате милиции состоял, а потому знал, каково это, когда тебя воспринимают словно какого-то отморозка.

Хочется не доказывать всем, что ты не такой, а делать еще больше пакостей. Типа, нате, получите, гады, за то, что меня не любите!

Вот таких он и собирался… нет, не перевоспитывать, а заинтересовать. И если ребят «зацепит» кайтинг, то желание демонстрировать свою крутизну привычными для малолетней шантрапы способами отпадет само собой. Когда ты в спорте, а тем более в экстремальном, меняются представления о том, что «круто», «слабо» или «западло».

Хотя в общем-то эти понятия ничем не отличаются от общечеловеческих.

Сергей, покряхтев, встал и направился в кухню, чтобы попить чайку.

Ветер был страстным чаевником. Он мог не поесть, но если у него не получалось испить хотя бы раз в день чайку, ощущал себя каким-то лишенцем. Обычно же Сергей употреблял по пять чашек в день. Другие газировку дули или пиво, а Ветер даже в самую страшную жару пил горячий чай. Да не зеленый или каркаде, а черный.