(не)случайная Жена (СИ)

Видимо, во время сна сорочка на Лее задралась к верху, и теперь пальцы короля касалась кожи без тонкой преграды ткани.

Желание стало почти невыносимым. Уже не сладость разливалась внизу живота, а каменная боль, причинявшая болезненное удовольствие. Хотелось отбросить прочь мешавшее одеяло, лечь между мягких девичьих бедер, коснуться сладкого влажного лона, и войти резко, рывком, заполняя ее собой.

— Черт! — выдавил тихо Грегор и на мгновение закатил глаза, а затем его рука начала медленный подъем по внутренней стороне бедра, туда, где нежное лоно Леи манило его и сводило с ума.

Он оказался не в силах отказать себе в такой малости — просто коснуться желанной женщины. А проклятый договор запрещал что-то большее, чем сорванная ласка. Украденная нежность, за которую он, может быть, скоро получит оплеуху. Вот проснется Лея, почувствует на себе его прикосновение и сделает так, как в прошлый раз, когда приласкала щеку монарха своей ладонью.

«И пусть!» — мысленно прорычал он и придвинулся еще ближе, теперь касаясь телом ее бедра.

Невыносимо сладостная мука заставила содрогнуться, прикрыть глаза и обнаглеть настолько, что пальцы продолжили свой путь и теперь оказались там, куда стремилось все естество и Грегора-короля, и Грегора-дракона.

Он стиснул зубы, не позволяя стону сорваться с губ, а затем коснулся нежных складок, погладил так осторожно, как погладил бы хрупкий цветок. И уже, более не сдерживаясь, скользнул внутрь пальцем, едва на закричав от нахлынувшего возбуждения, когда понял, что она там влажная, будто ждет его проникновения.

Пальцы зажили собственной жизнью. Он ласкал ее, вводил палец, трогая напряженную вершинку страсти, и снова высвобождал, мечтая заменить руку напряженным органом, неприлично торчавшим и упиравшимся в мягкое бедро Леи.

Она же, наконец, проснулась. В самый первый миг, когда только распахнула глаза на встречу новому дню, не поняла, что происходит. Но выгнулась вперед, сама насаживаясь на его палец, обхватывая его нежными стенками лона, сжимая так, что в глазах у дракона потемнело и он застонал, уже не сдерживая эмоции.

И продолжая касаться ее, ласкать и изводить больше себя, чем податливое тело, не проснувшееся окончательно.

Но вот остатки сна исчезли из глаз королевы, и она дернулась было в сторону. Грегор поднялся на локте, наваливаясь на тонкое тело, не ощущая даже мизерное преграды между ними. В то же время оставив руку там, где она продолжала ласкать девушку.

— Ты… — только и смогла произнести Лея.