Несносная помощница для Цербера

Мы нередко с ней обедали вместе, пока у меня деньги были. Да и потом часто пересекались в комнате отдыха. Я вообще эту комнату очень люблю. Ухожу якобы припудрить носик, а сама туда и сижу, пока Цербер не позвонит и рычать не начнет, что надо работу работать, а не прохлаждаться.

Я сразу поняла, почему Таня на меня налетела, но вот как она поняла?

– Тань, ты чего?"

"– Спасибо, что Мишке учебу и поездку на соревнования оплатила. Мы ведь уже тренеру сказали, что уходим. Миша так плакал, но этот дурацкий кредит… а тут тренер сам мне позвонил, сказал, чтобы привозила сына, билеты, жилье, все будет.

Да, Таня, когда мы встретились в последний раз в комнате отдыха, тихо давилась слезами в уголке. Все тот же денежный вопрос замучил, мужа нет, ушел и как-то резко про детей забыл, а она же гордая. У нее девчонка садиковского возраста, поддержки нет, сын-школьник, подающий надежды в спорте – борьба, надо постоянно вывозить на соревнования, оплачивать тренировки, а это проезд, взносы.

Пришлось тоже напрячься и продать часть уже действительно любимых вещей, ну и с зарплатой почти попрощаться, хотя там и прощаться особо не с чем было, она у меня и так маленькая. Позвонила тренеру. Таня его имя часто называла, мол, очень хороший и известный. В сети контакты есть. Дальше уже с ним решили, но я, вообще-то, просила про меня ничего не говорить.

– С чего ты решила, что это я оплатила?

Лифт уехал без меня, увозя коллег. Только Цербер остался. Прислонился плечом к стене, сложил руки на груди, молча наблюдает и ждет.

– Тренер ничего не говорил, но мне электронные квитанции на почту пришли вместе с билетами. Я там твое имя нашла в данных. Да никто кроме тебя и не знал. Тренер бы сам ничего не стал делать.

Таня вроде хватку ослабила, но тут снова повисла, да так, что воздуха реально стало не хватать.

– Ты ведь сразу полгода оплатила! Лиз, я все отдам, только позже, обещаю!

В холле уже вновь начал собираться народ, куча знакомых, а Таня уткнулась мне в плечо и рыдает. Становится совсем неудобно.

– Таня, прекрати, возьми себя в руки, на нас смотрят, – цежу я сквозь зубы, пытаясь отцепить от себя коллегу, но она качественно на мне повисла, а я девушка хрупкая.