Хотя вчера Вика ещё жаловалась, что некто, похожий на Злобина, подглядывал за ней в раздевалке, когда она переодевалась, сняв с себя форму.
Со вчерашнего дня Милосская добилась, чтобы у каждой швеи была одинаковая форма.
Ткань специально выбрала серую и максимально простой фасон, чтобы лишь она одна могла выделяться среди всех и, таким образом, быть максимально замеченной боссом.
А ещё это способ самоутвердиться. Ей нравится быть выше всех остальных, самоутверждаясь за счёт этого.
Но Вика была не уверена, в том, что увидела именно Злобина, сказала, мол, может и показалось — тень слишком быстро мелькнула в окне…
Какие странности у нас в коллективе творятся.
Лёва чуток не в себе!
Предполагаю, а может он ищет ту самую тайную владелицу лифчика со снеговиками?
Используя разные ситуации, лезет в декольте…
От этих предположений холодок пробежал по спине, как предвестник опасности.
Я сажусь за свой рабочий стол, открываю почту и обалдеваю.
Вот это список…
Нет у этого человека человечности!
Грузить перед самыми праздниками… Ну кто так делает?!
Я и так целый год без выходных на него пашу, мог бы расщедрится на отпуск.
И пусть только хоть раз заикнётся, что незаменимых людей не существует.
Он не может без меня, поэтому заваливает работой, чтобы я всегда была у него на виду, находясь на фирме до последней минуты рабочего времени."
"А сегодня я работаю без перерыва на обед, чтобы не нарваться на штраф.
Праздники — это всегда удар по кошельку.
Продукты на стол, подарки, коммуналка зимой выше… штрафы мне сейчас точно не нужны.
Злобин возвращается к себе в кабинет, я делаю вид, что вся погружена в работу, сидя за компьютером, как только слышу цокот каблуков его ботинок.
Сегодня уж директор переборщил с одеколоном.
Но пахнет от него просто бомбезно…
Кстати, я скачала курс по йоге, начну с сегодняшнего дня практиковать умение расслабляться и держать себя в руках.
Потому что мне до сих пор тяжело реагировать на его присутствие, я постоянно думаю о нашей близости — стриптиз-танцах, горячих поцелуях, жадном соитии наших тел.
Не хочу смотреть на него. Боюсь, он таит на меня злость и готовит расплату за ушибленную ногу.
Ну а чего он хотел? Ручонки распускать! Но-но-но, не позволю, по факту получил.
Злобин, бросив мне бегло: “Здрасти”, с каким-то мужчиной удаляется в свой кабинет.
Клиент, наверно. Что-то желает заказать на пошив в нашей фабрике.
Через час клиент уходит, а Злобин выходит из кабинета ещё почти через час, неся в руках кипу бумаг.
