Несостоявшийся граф

После этой весьма энергичной, хоть и краткой речи бравый моряк многозначительно подмигнул своей давней знакомой, а затем стремительно двинулся в сторону извозчиков, увлекая за собой бывшего камердинера.

– Кто это? – удивленно промямлил чиновник, ошарашенно озирая странного офицера, уводящего его недавнего попутчика, потрепанную жизнью женщину с жадными глазами, и, судя по всему, никак не мог сообразить, как он оказался в такой компании и что вообще тут делает.

– Дьявол, – простонала гадалка, понимая, что из ее цепких рук только что ускользнули сразу два потенциальных клиента.

– Блин, Федя, тебя на минуту нельзя одного оставить, – выговаривал Дмитрий своему приятелю, устраиваясь в санках извозчика. – Обязательно не в дерьмо, так в партию вступишь.

– В какую партию? – удивился Шматов.

– Чего ты на тетку напал, она знаешь кто?

– Знаю. И Анна твоя, кстати, тоже хорошо знает.

– От верблюда! Короче, склад для нашего добра снял, сейчас отправимся в контору и распорядимся о перевозке. Вагон у нас опломбирован?

– Значит, растащить не должны.

– Ой, так может, я пойду караулить?

– Что?! Елки зеленые, как ты еще сам в товарном вагоне не поехал, чтобы самому охранять…

– Не пустили, – насупился парень.

– Ты серьезно? – обернулся к нему Будищев и, убедившись, что тот не шутит, от души расхохотался.

– Ладно, не бери в голову. Добрался живой, и слава богу. Сейчас все дела порешаем и поедем домой.

– Граф, – нерешительно начал Федя, назвав товарища армейским прозвищем. – Может, я лучше к Аннушке поеду?

– А ты думаешь, куда я тебя собрался везти? – усмехнулся Дмитрий.

Накануне у него состоялся серьезный разговор с вдовой Виртанен. Не то чтобы Будищев чувствовал вину за сбежавшего вслед за ним на войну Федора, вовсе нет, но мы ответственны за тех, кого приручили. Так, кажется, сказал один французский летчик, прежде чем отправился на свою войну.

– С возвращением, Дмитрий Николаевич, – искренне обрадовалась появлению Будищева портниха.

– Спасибо, Аннушка, – благодушно усмехнулся тот, скидывая шинель.

– Один? – со значением в голосе поинтересовалась вдова.

– Прости, – сразу же повинился моряк. – Моя вина, что Федя задержался. Мы с ним кое-какого товара прикупили в дальних краях. Вот он с ним и путешествует.

– За что же тут прощать? – огорченно пожала плечами женщина. – Служба она и есть служба.

– Ну, наверное, за то, что он тебя бросил одну и со мной на войну подался.