Несостоявшийся граф

Будищев на мгновение будто окаменел, после чего вперил в собеседницу пристальный взгляд и не предвещающим ничего доброго тоном спросил:

– Во что вы ее втянули?

– Я ожидала подобной реакции, – быстро ответила Искра, – но могу вас заверить, что Степанида Филиппова никоим образом не привлекалась к нашим делам. Для меня самой это совершеннейшая неожиданность.

– Вы хотите сказать, что устроились в школу, чтобы заработать на кусок хлеба, а не вербовать лохов, которых вы потом пошлете на верную смерть?

– Иногда лучше смерть, чем рабство, – не удержавшись, горячо воскликнула учительница, но потом будто опомнилась и продолжила уже спокойным тоном: – Но к Стеше это не относится.

– Тогда почему ее арестовали?

– Где это случилось?

– На улице. Честно говоря, я совершенно случайно стала свидетельницей этого происшествия. Ей преградил дорогу городовой, потом подошел какой-то тип в партикулярном платье, и ее заставили сесть в закрытую карету.

– Когда это произошло?

– Днем, около двух часов пополудни, точнее не скажу.

– Вы долго добирались до нас с этой вестью.

– Мои товарищи были против, чтобы я вмешивалась. Они и сейчас не знают, что я пришла к вам.

– И по какой же причине?

– По той же, по какой я не стала привлекать к нашим делам Степаниду. Все дело в вас. Нам всем прекрасно известно, что вы из себя представляете!

– Да-да! Вы отвратительный приспособленец! Прекрасно зная, как тяжело живется простому народу, как бессовестно попираются его права, вы не только ничего не сделали для борьбы с угнетателями, но и встали на их сторону.

– Кстати о жандармерии, – проигнорировал революционный пафос своей собеседницы Будищев. – Вы уверены, что Стешу задержали городовые?

– Да, там были только полицейские.

– А сюда вы пришли, чтобы бросить обвинения в мою похабную морду?

– Как убийственно точно сказано! – восхитилась барышня. – Жаль, что воспитание не позволяет мне применять столь сильные выражения.

– Вы… вы… вы богатый человек. Имеете связи. Вы можете помочь бедной девушке, тем более что она ни в чем не виновата…

– Почему вы решили, что я оставлю ее без помощи?

– Ну, бросили же вы на произвол судьбы Гедвигу!

– А разве это не так? Разве вы не променяли ее на дочь придворного банкира? Разве вы не сделали вид, что ее никогда не было в вашей жизни?

– Вот что, дамочка, – нахмурился Будищев.