— Особенно ему цветные снимки из стратосферы понравились, — продолжал радовать меня Владимир Николаевич, — прямо так и вцепился, все выспрашивал насколько можно разрешение печати поднять.
Ну, да. Удивительно хорошие снимки получились, правда, для этого пришлось обращаться в издательство «Искусство», только там владели качественной офсетной цветной печатью. Для военных выбрали десяток снимков поверхности земли с разным увеличением, конечно детали там рассмотреть невозможно но ниточки дорог и населенные пункты обозначены, хорошо что применил для съемки длиннофокусные объективы, а то рассматривать на снимках землю с большой высоты хоть и интересно, но мало продуктивно.
Хотя тут должен признать, что те снимки, что были выбраны в качестве «рекламы» были сделаны не из космоса, а с высоты двадцати километров, когда был выпущен стабилизирующий парашют. До сих пор не уверен что действую правильно, вот сложится у генералов впечатление, что снимать землю из космоса раз плюнуть, и никто пока не догадывается, насколько сложна эта задача, но всему свое время.
— И вот еще чего, — прекратил веселиться главный конструктор, — придется тебе еще одну задачу на себя взвалить. Нужны корабельные ракетные системы с дальностью действия в двести пятьдесят километров.
— Понятно, — улыбка враз сошла с моего лица, ибо думал, что удалось откосить от крылатых ракет.
Тут ведь в чем проблема, только одним пороховым двигателем ракету на такое расстояние не забросишь, импульсный двигатель тоже не подойдет, слишком мала у него тяга, ведь скорость такой ракеты должна быть значительно больше скорости звука.
Значит, придется разрабатывать прямоточный двигатель с тягой чуть больше веса ракеты, но для работы прямоточного двигателя требуется набегающий поток воздуха, а это означает, что на начальном этапе снова нужен пороховой ускоритель, да не стандартный… Да чего там говорить, ракеты примерно с такими характеристиками разработали в семидесятых годах, и назвали их П-800 «Оникс», так что ничего мне здесь изобретать не надо, зато придется мудрить с системой наведения, а то слишком велика разница в электронике сороковых и семидесятых годов.
— Не кривись, тут одну тему мало кто ведет, — принялся успокаивать меня Челомей, — расширим мы твой отдел на десяток единиц.
