И что на этот раз придумать? Опять ссылаться на какого-нибудь почившего практика, не успевшего опубликовать свои труды? Не, во второй раз не прокатит… Да и черт с ним, все одно никак не обосновать эти знания, так что остается идти на пролом. Все, решено, готовлю описание технологий и еду на поклон во Фрязино. Материалы сумел подготовить к концу февраля, а потом снова выбил командировку на посещение лампового производства.
Ух ты, а Меерович изменился, по крайней мере внешне, если раньше он напоминал представителя своего народа с трудом, то теперь характерные черты его национальности обозначились очень явно.
И характер у него изменился, встретил меня у проходной как старого друга.
— Вот он летчик герой, — представил он меня директору завода, — если бы его не отозвали с фронта, как ценного специалиста, то был бы дважды герой, а может быть и трижды.
— Э…, - промычал я на этот пассаж, — приятно, конечно, когда в тебя так верят, но чего не произошло, того не случилось.
— И скромный к тому же, — продолжал он нахваливать меня, — это мы здесь всю войну просидели, а ты повоевать успел. Слышали о твоих успехах в Иркутске, турбовинтовые моторы одно время были у всех на слуху, шутка ли, даже американцы с англичанами их заказывали.
— Ну, ваши лампы тоже не на последних позициях, — решил я не отставать в ответной любезности.
— А благодаря чьим наработкам? — Тут же получил в ответ.
— Ой, хватит уже, а то совсем захвалили. — Отмахнулся я.
Дальше мне показали достижение производства, поделились планами, а они были обширными и я засомневался, нужно ли мне нагружать Мееровича еще и полупроводниками. Ведь главное в его производстве это лампы, полупроводники всегда останутся для него экзотической игрушкой.
— Ну, рассказывай, зачем приехал? — Заявил он мне, когда мы уединились в его кабинете.
— А, если просто так, по старой дружбе? — Улыбаюсь в ответ.
— Ой, только не надо, — махнул он рукой, — по дружбе ты бы домой ко мне приехал, а ты на производство прикатил.
— Надо же, не подумал, — продолжаю смеяться я, — в следующий раз домой к вам заявлюсь. Жена против не будет?
— Уже знаешь, — кивнул он, — да вот остепенился я, сразу после войны. Пора, на ноги вроде крепко встал, да и отношение к нашему брату изменилось, теперь просто так, по навету сроки не дают.
