— А чего он там один возится? — Делаю удивленное лицо.
— Пусть возится, — сплюнул рабочий, — беляк бывший, интеллигент, поделом. Некуда ему деваться, если бригада план не выполнит, он в первую очередь за все ответит.
Такое не слишком приветливое отношение к специалистам меня не сильно покоробило, уже успел насмотреться на моторостроительном, но все же, там специалистов ценили, ибо знали, без них никак. Но здесь, если смотреть со стороны моих шкурных интересов, все складывается как нельзя лучше — раз не ценят, значит легко отпустят.
Так и произошло, как только начальник цеха увидел записку от директора завода, так сразу облегченно выдохнул:
— Забирай, а то как на паровом котле сижу, не знаю в какой момент взорвется.
Удивительно, правда. Это все потому, что пока за невыполнение плана с него не сильно спрашивают. Но ничего, времена стремительно меняются, еще незаметно, но гайки производственной дисциплины начинают закручивать, потом дойдет, что разбрасываться специалистами себе дороже.
— Эй, ты куда его забираешь? — Забеспокоились лодыри, когда предъявил бригадиру приказ начальника цеха.
— Как куда? — Тупо смотрю на них. — У вас здесь есть кому работать, а там работа стоит.
Какая работа? Где стоит? Никто уточнять не стал, авралы здесь хроническое явление. Еще бы им не быть при такой организации работ.
* * *— Угощайтесь, — подвигаю я ближе к Калинину кружку с «чаем», а проще с травяным сбором, который здесь заменяет настоящий индийский чай.
Следом выставляю из тумбочки сахарницу и газетный кулек с маленькими плюшками, это Антонина Ивановна выпечкой увлекается и надо сказать получается у нее очень хорошо.
— Благодарю, — кивает Константин Алексеевич.
Я невольно обращаю внимание на его руки, в отличие от других работников сборочного цеха они у него чистые. Почему удивляюсь? Да потому, что в эти времена перчаток рабочим не выдают, верхонки, конечно, есть, но какая в них работа, поэтому чернота от металла за многие месяцы работы прочно въедается в кожу, никакое мытье не помогает.
— Секретный состав? — Киваю на его руки.
— Да никакой это не секрет, — ухмыляется он, — воск с тавотом, перед работой смазываю руки. Отмывается быстро и чернота сходит."
"— С тавота не только чернота сходит, — качаю головой, — от длительного применения и кожа заодно с грязью может сойти.
В ответ только пожимание плечами.
