Несудьба

Тут у нас одни проблемы, там, дома, все еще хуже. Расстояние, разные команды. Он не переедет, у него работа. Меня отец не пустит. Я просто не знаю, что со всем этим делать, хоть и влюбилась в него уже по уши.

– Да ничего тебе не надо делать, ты разве не поняла еще? – спрашивает Алиса, подходя ко мне и обнимая. Вроде Колосова, а Неженкой быть не перестала. – Он сам все сделает, без помощи и подсказки. Ты только позволь ему, а дальше все будет так, как и должно.

Ох… Это звучит так по-настоящему, что в это хочется верить.

А с другой стороны, почему не верить-то? Передо мной стоят те, кто пытался сопротивляться. У кого были сотни причин не быть вместе с этими сумасшедшими хоккеистами, но все из них уже жены, ну или почти, а Алиса и вовсе уже ждет ребенка.

Наверное, я просто сама еще ребенок. Хотя Лизе тоже было девятнадцать, когда у них с Артемом начинались отношения. Просто… я другая немного. Мне хотелось бы быть такой же, как Лизка, но в крови у меня этого нет, а через силу не получается.

Но девочки правы, с моим мягким характером, наверное, лучше будет не пытаться все контролировать, а просто отступить. И позволить ему сделать все за нас двоих.

Уволят? Ну уеду. Дождусь, пока сборы закончатся, буду надеяться, что у них тут обойдется без драк. А потом мы придумаем что-нибудь обязательно. Он приедет, как и обещал, а вместе уже ничего не будет страшно.

Да. Так и должно быть.

От осознания правильности мне немного хочется плакать, но мне сделали такой красивый макияж, что слезы я быстро прогоняю, неестественно широко улыбаясь.

В номере все еще вакханалия, у нас еще час до выхода, и тут происходят последние приготовления. Атмосфера невероятно теплая и дружеская, и в ней так комфортно, словно я не только-только познакомилась с основной массой людей здесь, а уже давно являюсь частью их семьи.

– Не плачь, – шепчет мне Даша, – ты хорошая девушка, а Сережка классный парень, вы точно друг другу подходите. Все можно преодолеть. Тем более ты такая красивая!

– Спасибо тебе, – шепчу, все-таки роняя одну слезинку.

– Надеюсь, за то, что он накричал на беременную девушку, его одолеет бессонница, – говорит Алиска, мстительно улыбаясь. – Ну или хотя бы совесть. Если она у него, конечно, есть.

Мы хихикаем все оставшееся время, кто-то даже приносит в номер шампанское, которое мы нагло открываем и делаем по глотку, добавляя глазам еще больше блеска.