Несудьба

Подозревал меня в поцелуе! С Максом! Да где это видано вообще? Да как он подумать мог, что я после всего, что было между нами, могу хотя бы посмотреть в сторону другого мужчины, не говоря уже о чем-то большем.

Я доверилась ему как никогда и никому, а он…

Взбесился из-за Макса. А я и сама знаю, что тот идиот. Получил уже от меня, когда пришлось осматривать его нос. Но запрещать мне общаться с ним? Это слишком. Сам факт запрета – чересчур, я не привыкла к такому обращению.

Макса отправила в город в травматологию, а сама лежу на кровати калачиком, пытаясь переварить произошедшее.

Мне обидно, конечно, но я все равно так скучаю… Как это происходит? Почему мы ссоримся с теми, кого любим? А я не сомневаюсь, что Сережа любит меня. Он доказывал это десятки раз. И я люблю. И это тоже не должно поддаваться никаким сомнениям ни с чьей стороны."

"Но вот так как-то все… Не получается у нас. Каждый раз что-то непонятное, отчего снова и снова слезы.

Он не пишет, и я молчу. Сережа слишком злой, я не хочу еще больше подливать масла в огонь.

Отчего-то становится холодно, и я укрываюсь по самую макушку, закрываю глаза и вспоминаю все наши с Сережей хорошие моменты. Их было не так много, как хотелось бы, но они были, и были сладкими, греющими душу.

На губах появляется улыбка от картинок перед глазами, и я не замечаю, как засыпаю…

А утром, сама себя не понимая, ищу глазами Сережу, хотя вчера еще так сильно на него обижалась.

Но его нигде нет, как назло. Их пробежку я проспала, а дальше словно след простыл.

Я так наивно надеялась увидеть его внизу, когда спущусь, чтобы идти в медпункт. Он бы стоял с улыбкой, я бы подошла, обняла, и снова было бы у нас все прекрасно. Но… Его нет. И улыбки у меня тоже нет.

И на завтраке его тоже нет, и от этого мне почему-то становится уже не по себе. Хоккеистам нельзя пропускать завтрак, только если не по болезни или суперуважительной причине, а так дисциплина всегда должна быть.

Из «Феникса» на меня кидают парочку взглядов парни, что неудивительно, но не игнорируют, и это уже хорошо. Но подойти к ним и спросить, где носит их красивого сокомандника, у меня не хватает духу.

На обеде его снова нет. Паника в груди разрастается только сильнее. Я подавляю желание ему позвонить и решаю просто еще немного подождать, но страх не отступает совсем.