Несудьба

 – Зачем?

– Карамелька, – усмехаюсь и притягиваю ее за руку к себе, обнимаю, – я слишком по тебе скучал, чтобы ехать назад с какой-нибудь болтливой бабулей и наслаждаться запахом курицы и яиц. Или ты хотела бы? Могу попросить проводницу подсадить к нам кого-то, раз моей девушке скучно.

Аленка хихикает и качает головой, поднимается на носочки и целует в уголок губ, не переставая улыбаться.

– Нет, так действительно будет комфортнее. Спасибо тебе.

Мы убираем чемоданы, принимаем постельное белье и наконец-то садимся и позволяем себе утонуть в объятиях друг друга.

Нам так много нужно сказать… Лично мне безумно много хочется спросить, но пока мы оба молчим, просто наслаждаясь стуком колес, темнотой и объятиями друг друга.

Так проходит около получаса. Но меня изнутри разрывает на кусочки от той истории с Максом. Я очень виню себя за то, что меня не было рядом и я позволил этому случиться. Я всей душой ненавижу этого урода, и мне безумно жаль, что Алене пришлось это все пережить.

– Ты как? – спрашиваю негромко, обнимая ее со спины.

Она сразу понимает, о чем я, не знаю, каким образом, но понимает. Чуть напрягается и шумно выдыхает:

– В порядке. Правда. Все обошлось.

– Расскажи мне… Ты писала, что были синяки. Все прошло? Тебя беспокоит что-то?

– Нет, ничего, все прошло, правда. – Она встает на колени и поворачивается ко мне лицом, кладет ладошки на щеки. У нее ледяные пальцы. – Почему ты хочешь знать?

– Если тебе неприятно вспоминать – не рассказывай.

– Ты не виноват!

– Виноват. Надо было разобраться с ним раньше. Не ссориться с тобой. Не бросать тебя там одну. Я виноват, что это случилось, но больше… никогда, Ален. Никогда, слышишь, никто не посмеет сделать тебе даже просто неприятно. Я буду рядом, всегда-всегда буду. Даже если вдруг мы снова будем ссориться, как все нормальные пары, все равно больше никогда не оставлю тебя одну.

"В ее глазах стоят слезы, но она не выглядит грустной. Трогательная, нежная.

Обнимаю крепко и прижимаю к себе, зарываясь носом в волосы. Мой любимый запах…

– Почти все прошло, – возвращается она к той же теме, – только немного на плечах и запястьях осталось от майки. Были синяки от пальцев на щеках и руках, но все сошло довольно быстро. Он ничего не сделал, даже не тронул нигде, к счастью. Все пытался меня удержать, сорвал майку, от этого и следы на руках.