На двенадцатом этаже возле девяносто первой квартиры собралась хлипкая толпа соседей-зевак. Еще бы, три трупа! Интересно, но страшно. С появлением уголовного розыска любопытные испарились.
– Ничего себе! – присвистнул старший из ментов.
– Он, он стрелял!.. – Игорек тыкал в Алика пальцем и все норовил приложиться кулаком к его лицу.
Но держали его крепко. Пока оперативники не разобрались, что к чему, спуску не давали ни ему, ни Алику.
– Мне в дом надо! – заявил Игорек. – В туалет хочу!.
. Не бойтесь, я не убегу!
Но его никуда не пустили. А потом появился наряд милиции, Алика усадили в зарешеченный отсек «уазика» и отправили в отделение. Случилось то, чего он и боялся... Обидно было до рвоты: троих убил, а Игорьку за Валька так и не отомстил.
Глава 10
Краснолицый конвоир в зеленой, мешком си-дящей на нем форме со стуком ткнул ключом в замочную скважину решетчатой двери, провел Алика в очередной отсек длинного тюремного коридора.
– Стоять! Лицом к стене! – заученно промямлил он.
Алику пришлось слегка подпрыгнуть, чтобы подогнать туго свернутый матрас поближе к подмышке. Одеяло в нем, подушка, белье, посуда. Если выскользнет из руки, все просыплется на пол."
"Его спутника проблема с вещами не донимала. Плечи мощные, руки сильные – приплюснутый матрасный сверток намертво прилип к его боку. Грустил он по другому поводу – не хотел он идти в камеру, не хотел гнить в тюрьме. Но ведь и Алик никогда к этому не стремился.
А судьба-злодейка возьми да подставь подножку. Все, закончилась его вольная жизнь. А если точней, жизнь вообще подошла к финишу. Три трупа на нем, а это – расстрел или как минимум двадцать лет особого режима.
Алик думал, что его поведут дальше по коридору, но конвоир передал арестантов своему коллеге, скучающему на табуретке у облезлой тумбочки посреди отсека.
– В двести пятнадцатую обоих!
Конвоир предъявил надзирателю какую-то бумагу, но тот даже не глянул на нее.
А тот и настаивать не стал. Зачем им друг другу врать из-за каких-то арестантов. Двести пятнадцатая так двести пятнадцатая.
– Лицом к стене!
И снова, в который раз, Алик выполнил эту команду. А сколько еще раз будут тыкать его лицом в стену, пока не намажут лоб зеленкой.
Тяжелая, сваренная из кусков железа дверь со скрипом открылась, выдохнув в коридор нечистотное зловоние.
– Заходим по одному! – распорядился надзиратель.
