(не)твой

— Стекло закажу, приедут поменяют, — бросаю напоследок, и опять хлопаю дверью. Бесит.

Глава 8. Антон

Крохой её не называть. Внимания не уделять. Цветы не дарить, не флиртовать.

И вообще ты на один из десяти, Ковалёв. Все остальные девять в тебе не устраивают.

Сука!"

"Ночь за окном, часа три точно, а я вместо того, чтобы спать, в голове разговор наш гоняю, и думаю, то ли правильно поступил, что свалил, то ли надо было доказать ей, что я не маленький ребёнок, и что могу понравиться ей на все одиннадцать из десяти.

Вот кто вообще придумал все эти чувства, симпатии? Нахера? Чтобы потом в безразличные глаза смотреть и чувствовать, как в грудной клетке сердце в труху превращается?

Не говорю, что она должна была на меня прыгнуть с первой встречи, хотя, честности ради, я был бы очень не против, но сука, неужели настолько не зацепил? Там во взгляде пустота была, смотрела на меня как на неодушевленный предмет, спасибо что вообще поговорить решила, а не пнула, как я тот камень несчастный, который прямо в кабинет ей залетел.

Говорят ещё что мужики дерьмовые, что отношения для нас пустой звук, что девушек мы не ценим. А нас кто ценит? Она даже шанса не дает! Отталкивает и отталкивает, как будто я прокаженный какой-то.

Ладно, допустим, мы слишком мало знакомы, хер с ним, сказала бы, что тороплюсь, я бы притормозил без вопросов вообще. Но сука, она ж молчит! Просто вот это надменное «так делать не стоит» и «не нравитесь, Ковалев».

Но хер я сдамся. Меня в первый раз так на девчонке заклинило, второго раза такого я не переживу, поэтому надо добиться и забыть об этом чувстве конченом, а просто сделать её своей и радоваться жизни. Хочу её так, что искры перед глазами. Обнять, поцеловать, трахнуть, себе забрать всю целиком. В штанах уже привычно ноет, член на мысли о ней реагирует моментально, а мне хоть вой, хоть на стену лезь.

— Сука! — злость клокочет в венах, забив на все иду в душ, включаю воду похолоднее, спать все равно уже не выйдет.

Поднимаю голову и стою под ледяными струями, пытаясь снять напряжение, но перед глазами снова Кроха, и становится только хуже.