Правда с высоты видел, что буферную зону ещё не до конца расчистили от стволов. И что-то я сомневаюсь, что завтра кто-то из рабочих выйдет.
Таймер изменил мир и нервировал людей целый месяц. К нему немного привыкли. Но когда он почти истёк, все начали искать убежище и притихли в ожидании шторма.
Отбросив мысли о неизвестности, наверняка связанной с битвами, я заглушил двигатели и открыл дверь.
— Жень, заправь баки. Готовимся ко всему, — сказал я второму пилоту.
— Всё будет! Ничего если я переночую здесь? Хочется уже дождатся того кошмара, который нас ждёт.
— Само собой. И вы тоже останьтесь, поздно уже. Только помогите с зарядкой батареек.
Все четверо только проснулись от дремоты и кивками показывали готовность помочь.
Пилот пошёл за шлангом к закопанным неподалёку цистернам для топлива, хранившим личный запас горючего. Дубрава оживала. Правда деньги опять полностью закончились. Но за сегодняшние проломы должны заплатить. Пусть ставка на них ниже — вполне логичный способ управлять желаниями частных групп, которые должны стекаться на защиту нужных регионов.
— Лёш… как думаешь, уже готово? — спросила рыжая.
— Должно быть. Если да, то завтра успею сделать артефактом.
Глаза у рыжей горели от предвкушения. Она порой получала ранения. Или же змеиная кираса едва спасла её. Отчего поверхность покрывали многочисленные царапины и следы ремонта. Казалось, новая кираса её сейчас волновала даже больше Таймера, из которого исчез сегмент числа оставшихся дней: ведь счёт шёл на часы.
Мы сначала пришли к центру целого ядра коттеджного посёлка и спустились в подвал. Там стояли синие пластиковые бочки для воды, набитые смесью кристаллов из уничтоженного якоря и обычным кварцем. Причём набитые со знанием дела и залитые для прочности эпоксидной смолой. Вся команда помогала в изготовлении и сборке.
Все четверо одарённых за полёт полностью восстановили резерв. И сейчас неспешно слили его в накопители маны с низкой плотностью и, по словам Элиси весьма паршивые. Зато сделанные быстро.
Я поблагодарил членов команды. Трое сразу же отправились в душ и спать. Только Наташа прошла со мной к дому, отданному под промышленные нужды. Там на стойке, около которой работал знакомый кожевник при поддержке бронника висела изящная кираса из распиленных на пластины чешуек алого дрейка. С усиленной защитой плеч, короткой не мешающей юбкой, закрывающей таз и сделанная по фигуре владелицы."
"Отполированные и лакированные чешуйки блестели алым.
