Полина отвлеклась от тягостных мыслей и посмотрела на экран. Видеокамеры транслировали накрытые щитами районы, где проводился тест. В Москве это был крайне уязвимый район небоскрёбов. Также полные тестовые запуски проводили в подобном районе в Питере и над центрами некоторых городов.
Впрочем, на карте Москвы было ещё два синих пятна и оба в центре, где защитные купола пока не появлялись.
— Как отреагируют люди, поняв, что большинство осталось вне защиты? — спросила Полина.
— Будет много недовольных, может даже беспорядки — сказал один из мужчин.
— Но мы просто физически не можем в столь сжатые сроки построить столько генераторов барьера, чтобы накрыть целиком хотя бы третье кольцо.
— Точнее, можем, — вмешалась Кольцова. — Но президент и министр обороны рационально подходят к вопросу организации обороны. Защиты требуют объекты, дальные удары по которым выгоднее всего для Орды. Главное, что наши системы работают стабильно. Мы многое смогли узнать, изучая руины. И всё за считанные дни.
Сделать больше… просто невозможно.
Генерал, с которым обсуждали вопросы координации, кивнул.
— И нация обязана вам и всем артефакторам, трудящимся над проектом. Вы проделали титаническую работу.
Одарённая улыбнулась и снова посмотрела на экран, а затем в свой телефон. Отмечалось очень плохое примыкание, щиты зависли на высоте от четырёх метров даже на самых простых участках. О точном прилегании по улицам не было и речи.
Впрочем, они и не предназначались останавливать наземное нашествие.
— Надо будет сейчас подойти к погрузочному узлу, — сказала Серебрякова. — Сбросим резерв в накопители… Если честно, последние часы невыносимы.
Кольцова кивнула, убрав телефон и вставая. Видеокамеры показывали, как щиты распадаются.
— Грех жаловаться, но я завидую Америке. У них таймер закончит отсчёт утром. Только проснулся и до битвы несколько часов.
Все присутствующие согласились. Больше всего на Земле не повезло востоку. Для многочисленных восточных городов России, Китая, Японии и многих других стран таймер завершал отсчёт посреди ночи.
Многие монстры гораздо лучше ориентируются в темноте, а высокая живучесть и выносливость людей отнюдь не отменяла необходимость следовать естественным биоритмам. Лишь делала их несколько более гибкими.
— Мне кажется, что никакого сокрушительного удара не будет. Скорее всего что-то плавно изменится, — сказала Серебрякова, поднимаясь с места как и остальные.
