Неучтённый

Так, что-то я хотел ещё… Что-то связанное с возможностями и сроками… Да, вспомнил!

«Сеть, у нас при подготовке организма к работе со сверхчувственным восприятием на постоянной основе семь дней требуется на полное преобразование и месяц на настройку и адаптацию организма, так?»

«Да».

«С учётом уже проделанного, сколько времени потребуется на проведение работ в красной зоне?»

«Остаток времени преобразования составляет один час, настройка и адаптация работы будет проходить последующие восемь часов в красной зоне при максимальной нагрузке на организм пользователя».

«Тогда ты тоже подключайся к проведению цикла процедур сегодня».

«Принято».

Коли я уже решил проделать всё разом, то чего отступать, нужно выжать ситуацию по максимуму. Так и так придётся очень потерпеть эти девять часов. Главное, чтобы я не перешёл в мир иной от таких нагрузок.

Вроде всё учли, всё решили. Ничего не забыли. Осталось только приступить.

Мысленно перекрестившись и попросив благословления у всех, кто меня слышит, я залез в медицинский бокс и закрыл за собой крышку.

А потом начался ад. Нет, даже не просто ад, а АД. Меня рвало, корёжило и снова рвало. От моего сознания остались жалкие кусочки. Мой разум плыл в пелене боли и не мог выбраться из неё. Миллиарды лет ужаса, боли и истязаний — вот что было моим достоянием всё это время.

А потом пришла Тьма и забрала меня с собой.

В этот раз она ничего мне не показала.

"В тишине, покое, умиротворении и темноте мне не оставалось ничего иного, как ожидать, когда закончатся преобразования моего организма и я вернусь назад.

Чтобы занять себя чем-нибудь, я стал медитировать в пустоте. Думать о чём-то целенаправленном здесь не получалось, мысли рассеивались, и поэтому я старался дать отдохнуть голове и сознанию впрок, просто пытаясь разогнать все свои мысли и вообще ни о чём пока не думать.

Когда за Алексеем закрылась дверь, девушка ещё несколько минут смотрела на то место, где он стоял минуту назад.

Она никак не могла определиться со своим отношением к этому не очень понятному для неё молодому человеку. Правда, и экспертом в отношении людей она себя не считала, например в сравнении со своим старшим братом или отцом, но общей информацией о союзниках из Содружества она обладала.