Неудержимый. Книга IX (СИ)

Процесс сборки прошёл достаточно быстро. Броня Алтана оказалась намного лучше моей, но всё равно не дотягивала до той, что когда-то выдал мне Резак. В итоге я заменил нагрудник, в который вставлялся артефакт «очистки» и метательные ножи и добавил ещё одну сумку. Теперь у меня на поясе их было две, не считая всяких кармашков для карт и артефактов связи. Что же касалось остального, то выкидывать я ничего не собирался. Всё пойдёт в закрома, случай с бароном Крюгером наглядно показал, что много брони не бывает.

Облачившись в новую броню, я перекинул в неё все артефакты и дары, что были на мне.

— Всё, — сказал я, глядя на пластинчатую броню, — Пора прощаться.

Я приложил напитанную энергией ладонь земле и толстый слой земли поглотил все результаты моей деятельности на этом участке. Броня и сумка ушли под землю, чтобы навсегда сгинуть из этого мира, собственно, как и образ Тэмура, сына Чинкима. Но ему грех жаловаться, в историю он войдёт как великий воин, сразивший не менее великого хана, в отличие от меня.

Я же остался простым нищим и всё ещё слабым бароном.

Взглянув на свои параметры, я улыбнулся, отметив, что за последнее время стал обладателем целых одиннадцати процентов силы уровня магистра. Пока добирался сюда, добил пакет с концентратом, что позволило мне получить новые плюшки от «коллекционера». Во-первых, радиус действия радара стал на пять метров больше и теперь составлял сто десять метров, ну и во-вторых, добавился двенадцатый слот.

И всё это добро я получил за три пакета концентрата.

Подумать только, сколько бы я получил за те, что пришлось отдать Пожарскому. Эх, я мечтательно вздохнул. Зато, теперь я точно знаю, что уровень магистра даст мне по мере роста ещё кучу плюшек. Приятно осознавать, что в некоторых моментах я уже превзошёл прежнего себя и это только начало. Закинув баул с остатками брони на плечо, я направился обратно.

Перед тем как появиться перед пленниками и Упрямым в новом обличье, я сделал последний штрих и коснувшись до артефакта, который позволял мне общаться на монгольском языке, отключил его.

Теперь я не буду понимать ровным счётом ничего, но так будет намного правильней. Свою личность я раскрывать не собирался.

Выйдя на поляну, на которой оставил пленников и Упрямого, я грозно посмотрел на них. Конь попятился назад. Ха! Не узнал гадёныш! Но так вышло даже правдоподобней. Сайна тоже смотрела на меня с испугом. Оно и понятно, ведь теперь её судьбой волен распоряжаться какой-то мутный тип в опасной броне.