Неудержимый. Книга XVII (СИ)

И вновь попытался подтянуть штаны, но я уже наступил на них ботинком, чтобы гнида не ушла от ответственности и не отделалась простым выговором.

— Да вот, Григорий Иванович, сам пытаюсь понять, — император усмехнулся, — Рассказывай, — его голос стал холоднее стали.

— Я давно хотел трахнуть эту сучку, — Иван внезапно заговорил, — А что? Ходит и виляет передо мной своей сочной задницей не первый год, а как яйца к ней подкатишь, так сразу выдаёт, что не такая! А тут такой шанс! Может, мы её все вместе оприходуем? Да и забудем?

— Однако! — Потёмкин вылупился на Ивана шокированными глазами, — Исключительная мразь! Да ещё и в чине полковника.

Похоже, Лидия Петровна совсем перестала ловить мышей…

— Вот и я также думаю… — император перестал улыбаться.

Я в их разговор не вмешивался, потому что был занят тем, что отчитывал сам себя. Ну что? Собственничек, готовь задницу, ты будешь следующим, ведь сюда на огонёк забрёл сам император.

Если бы Иван не подсказал, я бы сам не понял, что передо мной первое лицо империи.

Я старался делать невозмутимый вид, мол, всё под контролем, но в душе проклинал сам себя, за то, что вылез из изнанки. С другой стороны, ещё неизвестно, чем бы в таком случае всё закончилось.

— Подонок! — прошипела Багира…

— Заткнись, сука! — не выдержал Иван, — Тебе поручили просто дело и что в итоге?

— Так-так, — император вновь заинтересовался, — Рассказывай! Коли начал, — он вновь приказал.

— Да что тут рассказывать? Гнедых отвалил нам приличные деньги за то, чтобы мы прикончили Донского, ну я и отправил на дело двух Омег из отряда, кто же знал, что они не справятся, — сказал Иван и остановился.

— Нда, — император хмыкнул, — Рассказ оказался коротким, — он перевёл взгляд на меня, — Юноша, можешь отпустить его, обещаю, он уже никуда не сбежит, Григорий Иванович, пакуй.

— Есть! Ваше Величество! — довольным голосом отозвался Потёмкин.

— А неплохо придумано! — старик подошёл к полуразрушенному каменному кубу и, положив на него руку, развеял магию.

Мне оставалось только глаза выпучить.

Он словно её отменил, и она исчезла. Растворилась в воздухе! Что он сделал? Поглотил её? Расщепил на атомы? Мне оставалось только гадать.

Багира выпрямилась, кряхтя от боли в плечах, раны в которых никуда не делись. Она злобно посматривала то на меня, то на своего командира, но никаких попыток атаковать не совершала. Всё же она не настолько отшибленная, чтобы делать это в присутствии императора.

— За мной, — рявкнул на них Потёмкин и направился к выходу.