Неудержимый. Книга IV

Остальным было намного хуже, я взглянул на комнату, в которой находилась Настя. Там царил хаос, все катались по полу. Да, что там говорить, все валялись. Абсолютно все. Даже твари, которые летали выше моего «радара» стали падать как спелые яблоки вниз, разбиваясь об камни.

— Что за чёрт? — я тряхнул Крюгера.

Странно, а почему он не корчится в агонии, а просто лежит и лыбится? Взглянув на силуэт, я понял, что он перенаправил всю кровь, поступающую в организм на лечение слуховых органов. Скорость восстановления потрясала, всего за минуту он полностью восстановился и затем, словно отпустил потоки крови заниматься другими делами.

— Так, в наш мир приходят великие бедствия, — буднично ответил он и прикрыл глаза.

Великие бедствия? Сейчас? Иллюминаторов в купе не оказалось, так что я понятия не имел, что там происходило. Но гадина, которая пробралась в наш мир через пробой, должна быть огромна. Намного больше того медведя, с которым я дрался.

— Ты же хочешь выжить и спасти свою… — Крюгер замешкался, — Свою подругу?

— Я не собираюсь умирать, — твёрдо ответил я.

— Ну-ну, ты подожди немного, — он приподнял кисть с указательным пальцем, поднятым вверх."

"Прозвучала серия выстрелов из пушек. Тварь вновь издала истошный вопль. Сука! Я вновь повалился на пол. Если так и дальше продолжится, мы сдохнем здесь. Очередной эликсир отправился в мой желудок. А этому уроду хоть бы хны! Лежит падла и улыбается, делая вид, что его эти вопли нисколько не задевают.

— Вот теперь, когда наши бравые военные решили атаковать бедствие, шансы на выживание у всех нас стремятся к нулю, — восстановившись, продолжил он, — Чувствуешь вибрацию?

Вибрация и правда присутствовала.

— Он движется к нам и в скором времени уничтожит поезд, — в этот раз он уже не улыбался, он говорил серьёзно, — Я предлагаю сделку.

— Сделку? — я хмыкнул.

Что задумал этот гад? Как только он восстановится, его уже никто не остановит. Зачем ему заключать со мной сделку? Боится, что сдохнет от бедствия, почему тогда не боится меня и моего ножа? Или он знает, что я не буду его трогать, пока Настя не пришла в себя?

Если он говорит правду, то бедствию достаточно одного мощного удара, чтобы превратить наш поезд в груду искорёженного металла.

— Что ты предлагаешь? — недоверчиво нахмурившись спросил я.