Да и если атака окажется успешной…
— Ваше Благородие, — в штаб ворвался Ермаков, — Срочные новости!
— Да вы сегодня сговорились все, что ли?! — возмутился барон, — Что там у тебя?
— Валерия… — он посмотрел на барона и протянул лист с информацией.
— Что Валерия? — фыркнул барон, — Знаем мы уже, что замок пал. Ты со своими новостями уже опоздал. Лучше думай, как выкручиваться будем…
Барон продолжал ворчать, но как только взял в руки бумагу и стал читать, помрачнел.
— Чёртовы недоумки! — от злости он схватил стол и перевернул его вместе со всеми лежавшими на нём артефактами, — Тупорылые бездари! Сгною! Всех до единого сгною!
— Отец, упокойся! — Фёдор попытался остановить разгневанного барона, — Хотя бы скажи, что случилось!
— Мерзавцы! — раскрасневшийся барон плюхнулся на стул и прикрыл глаза рукой, — Эти мерзавцы взяли в плен мою ласточку!
— Валерия в плену? — Фёдор нахмурился, — Но как?
— По информации наших людей, её похитил барон Дмитрий Донской, после чего передал в руки графини Карамазовой, — доложил Ермаков.
— Опять этот Донской! — тихо проговорил себе под нос Собакин, — Требования уже предъявляли?
— Пока нет, Ваше Благородие, но, думаю, скоро они объявятся, — сделал выводы Ермаков.
***
После плотного завтрака мы с Настей наведались в кабинет Анны, которая уже успела устроить из него настоящий штаб. Люди вокруг суетились, записывали какие-то данные и постоянно с кем-то переговаривались по артефактам связи.
— Как успехи? — спросил я у Анны, которая склонилась над картой.
Девушка нас не заметила, она усиленно о чём-то думала, глядя на крепость «Аршан».
— Это вы, — она посмотрела на нас с Настей подозрительно холодным взглядом, — Валерия уже пришла в себя и хотела бы видеть тебя, Дмитрий.
— Не думаю, что это хорошая идея, — я глупо улыбнулся, — То, что я вчера сделал… такое не забывается.
— Согласна, — Анна сузила глаза, — Но это не повод сложить руки и всё бросить.
— Сложить руки? — удивился я, — О чём вы?
— Да так, о своём, — она перевела взгляд обратно на карту, — Думаю ты пришёл узнать по поводу переговоров?
— Верно, как продвигаются дела? — спросил я у графини.
— Я доложила отцу… — Анна немного замялась, — То есть Степану Михайловичу…
— И что же он сказал? — с интересом спросил я, приподняв бровь.
— Что очень рад слышать меня живой и что он не против переговоров, если они состоятся, — довольным голосом сообщила она.
— А что насчёт Собакиных? — поинтересовался я.
— С Собакиными сложнее, — нахмурилась Анна, смотри.
