Он немного замялся, но всё же выполнил моё требование.
Подобрав код, он немного замешкался. Я заметил, как застучало его сердце. Вот ты и попался хорёк, значит, в сейфе есть какое-то оружие или артефакт, которым он хочет воспользоваться.
Сундуков кинул мельком на меня взгляд и резко дёрнул ручку дверцы, потом попытался схватить артефактный пистолет.
— Ты совсем дурак? — я хохотнул, появившись прямо перед ним в тот момент, когда он попытался наставить на меня пистолет и выбил его из руки мощным шлепком.
— А-а-а! Моя рука! — заверещал он, — Ты сломал её!"
"— Конечно, сломал, а ты что думал? Игры кончились, — я отпихнул его на кресло, а сам окинул взглядом сейф, в котором помимо денег находилось множество бархатных мешочков разного цвета.
Отлично, помимо артефактов здесь ещё и другие ценности имелись.
— Давай дружок, — оценив добычу, я посмотрел на Сундукова, — Пиши долговую расписку.
— Что? — он перестал оплакивать свою руку и уставился на меня, — Какую ещё расписку?
— Долговую, — я подошёл ближе и, взяв со стола чистую бумагу, положил её перед ним на стол, — Видишь, я тебе даже помогаю.
Если с деньгами всё было примерно понятно, то что делать с его недвижимостью я не знал. С одной стороны, я бы, конечно, мог заставить его состряпать договор, но ни он, ни я не знали, как это делать. Было бы глупо приглашать сюда юриста. Да и времени у меня на подобные дела не имелось. А с другой, долговая расписка на деньги могла помочь Медведевым стрясти с его рода немного деньжат.
На это я и решил поставить, озвучив сумму в три миллиарда рублей.
— Дмитрий! — возмутился Сундуков, — Побойтесь Бога! Откуда такие деньги!
— Эдуард Антонович, — я подал ему ручку, — Я уже не та, как вы выразились, тупая крыса, что была раньше. За эту неделю я узнал много новой и очень полезной информации. Пишите.
Он что-то зло пробубнил и стал записывать слова под диктовку. Не знаю, чего это он так удивился. Даже если взять здание этого клуба, его стоимость может оказаться в итоге даже выше суммы, которую я назвал.
А ведь есть ещё и склады, товары и прочие ценности. Увы, прибрать всё к рукам у меня не получится, а вот отщипнуть у него.
— Доволен? — Сундуков отбросил ручку, когда мы закончили писать, — А теперь, убирайся отсюда к чёртовой матери!
Я шлёпнул его по лицу. Бедолага полетел с кресла кувырком и остановить его смогла только стена.
— Извини, приятель, но ты мне больше не нужен, — дочитав всё, что мы написали, пробормотал я.
