Два броневика подкатили к входу в лавку, перегородив тем самым тротуар. Из них тут же высыпали бойцы в костюмах, с артефактными клинками за спинами и автоматами в руках.
— Зря ты это сделал, — я ухмыльнулся продавцу в лицо.
— О чём вы? — он сделал невинное лицо и посмотрел на вход, — Добро пожаловать в лавку «Мир Охоты» господа, — Прошу прощения, — он посмотрел на меня с презрением, — У меня новые клиенты.
Продавец отошёл в сторону вместе с одним из бойцов и начал что-то втирать тому шёпотом в ухо."
"Всего бойцов оказалось восемь, двое остались караулить выход с улицы, а остальные рассредоточились с умным видом по залу.
Ну да, а то я совсем дебил и не понимаю, что все они заодно. Сам «управляющий», вылез из броневика последним. Он вальяжно проследовал в лавку и остановился в центре зала, разглядывая мой внешний вид.
Я тоже разглядывал его, но только через свой «радар». У мужика явно были проблемы с лишним весом. Он тяжело дышал, да и циркуляция крови, а вместе с ней и энергии в организме хромала. Долго он не протянет, может, поэтому он нацепил на себя сразу шесть артефактов с «регенерацией»?
— Вот этот? — слегка басовитый и не очень голос послышался у меня за спиной.
Продавец ехидно кивнул и направился обратно ко мне и вытащив лист с описью артефактов, протянул его управляющему.
Тот подошёл ближе и, не обращая внимания на меня, начал вчитываться в цифры.
— А неплохо, — он наконец-то оторвал глаза от бумажки и посмотрел на меня, — Пацан я вижу ты толковый, раз сумел столько артефактов раздобыть, — толстяк ухмыльнулся, — Не хочешь мне поведать, откуда они?
— Он пришёл не один, — тут же сдал меня продавец, — Ещё была девушка и парень, думаю, они из одной банды.
— Банда, говоришь? — толстяк нахмурился, — Это плохо, тогда мне придётся вызвать сюда гвардейцев, пусть они с ним разбираются…
Я продолжал молчать. Мне было интересно, насколько далеко эти ублюдки хотели зайти в своём спектакле погорелого театра. Погорелого, потому что после спектакля я собирался сжечь эту лавку к чёртовой матери.
Опыт в подобных делах у меня уже имелся. Сундуков не даст соврать.
Или же… — толстяк сделал задумчивый вид, — Или же мы сжалимся над столь удачливыми ребятишками? Что скажешь? — он обратился к продавцу.
— Согласен, оступились ребятки, с кем не бывает, — подтвердил продавец, потирая ладоши.
— Оступились… — осуждающе посмотрел на меня управляющий, — Но так уж и быть, выдай ему двадцать миллионов за труд и пускай катится.
А вот и занавес подъехал.
