Неудержимый. Книга XXVI

— Два трёхсотых, — нахмурившись, ответил он. — Одному тварь оттяпала ногу, еле кровь остановили, так и хлестала во все стороны. Сейчас он спит, а по приезде в город мы его сразу в больничку определим. А второй лишился руки. Сам отрубил, когда тварь плюнула в него токсином.

— Ясно, — я кивнул. — Пойдём пройдёмся до них."

"Превращаться в аптечку для всех охотников я не собирался. Наверняка там и другие пострадали, но парочку заочных знакомых я вылечить всё же решил. Заодно проверю, как там Толя поживает.

Впрочем, я и так это знал. «Радар» подсказывал, что он сейчас ковырялся в какой-то гадине. В быке или сороконожке я не знал, но руки он держал словно хирург в операционной. Рвотные позывы у него тоже присутствовали. Я улыбнулся, не думал, что он настолько любит свою работу, раз даже в таком состоянии продолжал кромсать тварь.

Первым делом я занялся тем товарищем, что остался без ноги. Магистр водной стихии, теперь понятно, почему он получил такую рану, видимо, сороконожка посчитала его опаснее других.

Передав ему нитку с монетами, в которых находились дары лечения, я приказал их активировать по одному, до тех пор, пока нога не отросла вновь.

Посмотреть на это чудо собрался весь коллектив, кроме Толи, он вообще не обращал на нас внимания и сидел, заполнял свои склянки ингредиентами.

— Спасибо! Спасибо вам большое! — парень вскочил с лежанки на новую ногу и чуть ли танцевать не стал.

— Благодарю, в больничке он бы своей очереди ждал месяц, а может, и больше, — старик пояснил чрезмерную радость парня.

— Такие очереди на лечение? — удивился я.

— Скорее, так мало артефактов лечения, — печальным голосом и со вздохом ответил он. — Приходится ждать, пока артефакт зарядится вновь.

— Интересно, — я задумался.

А ведь у нас был в планах медицинский пункт, но мы так до его создания и не добрались. Надо бы заняться этим вопросом, когда приеду в следующий раз. Позади послышались автоматные очереди и визг.

— Не расслабляться! — тут же спохватился Борис Михайлович.

— Твари будут лезть через пробой всю ночь!

— И день, — добавил я. — Ещё около восемнадцати часов.

— Вы слышали? Восемнадцать часов! Боевая готовность! — рявкнул он на своих.

— Где второй? — спросил его я.

— Витька! — вновь рявкнул он, и вперёд вышел молодой парень, наш ровесник.

Парень отсёк себе руку по локоть. Я спросил его про ощущения, когда липкая субстанция попала на руку, и он сказал, что это было ужасно.