Неудержимый. Книга XXVI

Оно и понятно — сейчас самый разгар рабочего дня. Она занималась какими-то изысканиями в кучке мелких артефактов с тусклыми рунами. Надо бы и к ней заскочить, но сперва я должен увидеться с её отцом.

— Благодарю, — я остановил рукой администратора, который намеревался пройти со мной, — дальше я сам.

— Как будет угодно, господин, — парень уже немного отошёл.

Неужели думал, что я его по дороге съем? Вот правду говорят, что у страха глаза велики. Сам выдумал себе в голове всякой чуши, сам испугался… Хорошо, что не окочурился по дороге.

На какое-то мгновение мне показалось, что я слышал его сердцебиение. Нет, пусть гуляет от греха подальше.

Парень заскочил в лифт, вот только поехал он не вниз, где и должен был продолжить свою работу, а наверх. Интересно, видимо, решил всё-таки доложить своему работодателю обо мне. Эх, не прошёл ты проверочку, впрочем, это так даже лучше. Если они захотят со мной встретиться, то нам будет что обсудить.

Я направился по коридору к дверям мастерской Резака.

И всё-таки удивительные условия труда они тут организовали. Никакой охраны на виду, наверное, чтобы не нервировать лишний раз клиентов. Я заметил четырёх архимагов, которые имели при себе оружие, но находились в специальной комнате. Видимо, Резак их держит для слишком сложных гостей.

Остальные маги, находящиеся в помещениях мастерской, выглядели примерно одинаково. Магистры, архимаги и даже парочка Великих архимагов. Все под эликсирами восстановления энергии.

Некоторые, судя по регенерации, использовали для восстановления пакеты или мешочки с концентратом. Также у всех имелись артефакты с «удвоением энергии» и иногда с «утроением». Думаю, здесь без лишней подпитки трудно работать, а так есть шанс продержаться подольше.

Я зашёл в зал и присел на ближайший к входу диван. Резак вместе с клиентом отправились в другой зал, где он показывал ему комплекты брони.

— Дмитрий Иванович? — Аким, помощник Резака, проходил мимо и заметил меня.

— Рад видеть вас… в здравии… — Парень удивился, увидев меня. — А мы думали, что вас… казнили?

— Было дело, — я отмахнулся от него. — В последний момент передумали.

Сдаётся мне, что никто в городе-то особо и не в курсе, что я жив. Это моё личное упущение. Привык общаться в основном со своими друзьями и подчинёнными, вот и забыл, что для всех остальных я преступник, которого давным-давно повесили.

— Это же замечательная новость! — Он обрадовался.