Неудержимый. Книга XXXI

"

"Осталось дело за малым — захватить свои вещички из Земельска, а Марту с Бертой и Дымку, наоборот, оставить там. Пусть наслаждаются жизнью, пока могут. Я гаденько ухмыльнулся, ведь на них у меня большие планы. Горыныч их, если что прикроет, проведу с ним отдельную беседу. А дальше — на заправку и на полном ходу в Красноярск…

(Новосибирск, небоскрёб «Седьмое небо», офис компании «Арсенал»)

Хлестов сидел в своём рабочем кабинете и раздумывал над полученной накануне информацией. На столе лежала толстая папка, на которой было выведено два имени: Дмитрий Донской и Чёрный Егерь.

В правом верхнем углу папки красовалась красная штампованная надпись «совершенно секретно».

Хлестов заплатил за эту папку немалую сумму. Теперь начальник отдела внутренней безопасности Российской Империи по Красноярскому краю мог жить свою лучшую жизнь. А если учесть, что он такие папки продаёт направо и налево, то уже наверняка сколотил состояние на несколько жизней вперёд. Хватит и ему, и его детям, и детям детей и так далее, но дело не в этом.

Дело в том, что Хлестов оказался прав, когда говорил про короля Красноярска.

Он активировал карту, на которой отображались территории всех королей Красноярска. Кропотливая работа десятков агентов, которые целый год скрупулёзно собирали информацию по активам каждого короля, теперь уже не актуальна… Шувалов, который стоял над всеми королями, казнён. Бандурин и Гнедых пали жертвами императора благодаря стараниям Дмитрия Донского.

Бражкина Хлестов убил лично, чтобы отвести от себя все подозрения. Оставался лишь он и наследница северной территории города Луиза Крюгер, но вот незадача, она же является любовницей Донского.

— Проклятый Чёрный Егерь! — Хлестов стиснул зубы.

Наверняка залез к ней в трусы ради того, чтобы захватить часть территорий города! Но всё это меркло с новостями о свадьбе дочери нового генерал-губернатора. Хлестов понимал, что вернуться в город после неудавшейся попытки сместить Дандевиза с должности будет непросто.

А теперь его дочь выходит замуж за Донского.

— Фул хаус… — нахмурившись, прошептал он, вспомнив Бандурина, который любил азартные игры. — Но до флеш-рояля тебе, мой друг, ещё далеко.

Стационарный артефакт связи, соединённый с приёмной, начал вибрировать.

— Слушаю, — нажав на кнопку, ответил он.

— Савелий Тимофеевич, — послышался звонкий голосок девушки. — К вам Руи Карвалью.