— Софья Георгиевна, — подполковник подобрался к княжне максимально близко, — Скажите, вы уже нашли себе запасной аэродром? А то бы я мог…
— Спасибо, Леонид, не знаю, как вас по батюшке, — она посмотрела на него презрительным взглядом, хорошо, что в темноте ничего не видно, — Но даже если мне придётся ночевать в лесу, я не останусь с вами в одном доме.
Подполковник от досады стиснул зубы так сильно, что позади услышали их скрип и начали посмеиваться.
— Как грубо, Софья Георгиевна, а ведь Земля, она, знаете — круглая, — усмехнувшись, ответил он.
— Никто не знает, что случится через пять минут, не говоря уже о том, что случиться вечером.
— Я рискну, — княжна ускорилась изо всех сил, чтобы оторваться от этого придурка.
— Неплохая кобылка, — усмехнулся один из офицеров, догнав подполковника, — Хотите, мы ей вправим мозги? У неё ведь больше нет прикрытия в виде Великого князя…
— Решим ближе к вечеру, — ответил подполковник, пытаясь разглядеть в темноте девушку.
Увы, но никто из офицеров не посчитал нужным иметь при себе зелья или артефакты ночного видения.
И только сам Гречко изредка раскидывал небольшие сгустки света перед собой, чтобы совсем во тьме не бежать.
— Как скажете, Георгий Вячеславович, — согласился офицер в надежде выслужиться перед начальством.
Договорившись с подполковником, офицер немного отстал, чтобы переговорить обо всём со своими коллегами.
— Если удастся, то и нам перепадёт, — хохотнув, сказал он в пустоту, но не услышал радостных откликов, — Не понял, вы не в теме? — он повернулся, но никого позади себя не обнаружил.
Шикари внимательно следил за меткой на карте, которая стремительно приближалась. Как только до выхода оставалось около трёхсот метров, он ускорился, начал осторожно вырезать ублюдков, по очереди. Подкрадываясь сзади, он с лёгкостью рубил им головы и осторожно подхватывал тела, чтобы издавать как можно меньше звуков. Изнанка — великая помощница, которая вбирала в себя любые безжизненные предметы, в том числе и тела.
Офицер остановился.
— Эй! Вы где? — спросил он, пытаясь хоть что-то разглядеть, — Харе прикалываться!
Это были его последние слова. Появившиеся из тьмы жёлтые глаза смерти и взмах стального серпа, вот и всё, что он успел различить, прежде чем его мир перед его глазами исчез…
— Софья Георгиевна, — Леонид решил не сдаваться просто так, — И всё-таки, может, поужинаем вместе? Вы, я, дорогое вино…
— Я же сказала, нет! — прошипела Софья.
