Неудержимый. Книга XXXV

— Как им только удалось?

В зале наступила гробовая тишина. Все без исключения присутствующие притаились, в надежде понять, кого он так сильно костерил, и что конкретно удалось.

— Продолжай… — взяв себя в руки, приказал он учёному, который рассказывал, как сильно пострадала ледяная защита…

Что же касалось императора, то его мысли витали совсем в другом месте. Казалось бы, человек, обладавший подобной властью, дарами и в целом силой, должен был играючи справиться с любым противником, но не тогда, когда против него играл один из Хранителей.

Чтобы докопаться до правды, Александру пришлось обратиться к тому, кого он ненавидел больше всех на свете — Скарлошу. Один из Хранителей, который выступал для императора в качестве занозы в сердце, которая его постоянно раздражала своими плоскими шутками по поводу каждой победы. Но сейчас было не до гордости.

Встреча состоялась в одном из ночных клубов Смоленска. Император воспользовался одной из открыток, которые Скарлош присылал после каждой «побед» над Европой. На обороте одной из них красовалась надпись: «Захочешь поболтать — просто разорви».

— А здесь сегодня не очень людно… — прокомментировал Хранитель, возникнув за спиной императора. Улыбка на его лице была всё та же — скользкая, раздражающая и насмешливая.

Александр знал, что тот обязательно выкинет какой-нибудь фокус при появлении, поэтому не дрогнул ни на миг.

— Присаживайся… — произнёс он спокойно, проверяя на Хранителе силу дара «Голоса».

— Хамишь? — с ухмылкой ответил Скарлош, плюхаясь на диван напротив. — Если бы я мог прикончить тебя прямо сейчас, обязательно бы это сделал, — он вытянул палец в форме пистолета, прицелился и щёлкнул языком. — Паф… — и довольно усмехнулся. — Шучу. Ну, чего хотел? — закинул ногу на ногу, устроившись поудобнее.

— Думаю, ты заметил, что происходит вокруг? — нахмурился император. — Я хочу знать, кто за этим стоит.

— Это ведь ты выгнал всех из клуба, — подивился Скарлош, оглядываясь по сторонам, а затем громко расхохотался.

— Я серьёзно, — сквозь сжатые зубы процедил Александр. Искромётный юмор Хранителя всегда действовал ему на нервы. — Я говорю про штормы. Два фронта сходятся прямо над Смоленском. Моя оборонительная линия уже прорвана. Мы отступаем…

— Да, классно они всё провернули, правда? — глаза Скарлоша блестели от восторга.

Зря он это сказал, потому что Скарлош был в не себя от радости.