Неудержимый. Книга XXXV

Место удара сильно просело, лёд буквально сплющило, превратив центральную площадь в ледяную воронку. Ледяные сползли с краёв к центру, словно оказались в ловушке муравьиного льва. Но надо отдать им должное. Никто из них не струхнул.

Да, нападение с воздуха оказалось весьма неожиданным. Даже мои инстинкты не смогли предугадать подобного. Ледяные вскакивали на ноги, потряхивая головами, словно пытались стряхнуть остатки шока.

Приходя в себя, они встали плечом к плечу, ощетинившись оружием. Кто-то прикрывал наместника собственными телами и щитами.

Кто-то вставал в защитную стойку, и сразу же наводил на противника своё копьё. Но самое главное — все они покрылись едва заметной белоснежной дымкой."

"Я сразу же вспомнил Вельди и прайд львов, из звериного мира, которые использовали кровавую ярость, чтобы повысить свои физические параметры. Думаю, ледяные использовали похожий врождённый дар.

Противник же стоял в гордом одиночестве, разглядывая результаты своих усилий. Его фигура на фоне разрушенной площади казалась до жути уместной.

Жёлтый кром находился в самом центре кратера, похожий пылающий метеорит. Это многое объясняло — и его силу, и его самоуверенность. Мерзавец. Что он здесь забыл?

Я не стал медлить. Уйдя в изнанку, я двинулся ближе, осторожно лавируя между вздыбившимися плитами льда и крупными обломками зданий, которые здесь было предостаточно. Нельзя, чтобы кром меня не заметил.

Альфа стоял, сцепив руки за спиной, и с усмешкой наблюдал за тем, как ледяные вновь формируют строй.

К моему удивлению, он не спешил. Словно знал, что может расправиться с каждым из них в любой момент. И, что хуже всего, я был с ним согласен. Он напомнил мне хищника, который проник в курятник и прямо сейчас выбирал, с кого начать.

Броня на нём смотрелась непривычно — особенно после массивных лат, в которые обычно запечатывались воины ледяных поселений. Его броня состояла из ледяных пластин, которые, судя по всему, придавали воину больше мобильности.

Поверх жёлтых пластин — морозный узор, похожий на тот, что бывает зимой на окнах в старых домах.

Внезапно он сделал шаг вперёд, продолжая держать свои руки за спиной. Один из ледяных не выдержал и бросился на него с копьём наперевес. Глупец. Он не успел даже приблизиться. Кром чуть повернул запястье, и тонкая струя энергии — жёлтая, искрящаяся — прорезала воздух, срезав копьеносцу шлем вместе с частью головы.

— Твою же мать… — прошептал я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.