Неудержимый. Книга XXXVIII

Возможно, прямо сейчас и я для кромов являюсь подобной тварью. Смертельно опасной, непостижимо быстрой, хитрой и беспощадной. Я усмехнулся, поймав себя на этой мысли."

"Казалось бы, здесь должен был начаться первый серьёзный бой, но что-то пошло не так. Всё это больше походило на банальное избиение заведомо слабых противников. Когда мы только появились здесь, я думал, что кромы крайне сильные ребята, а оказалось, что кроме силы и посредственной скорости у них ничего и нет. Более того, противник и сам это очень быстро осознал.

Уже через десять минут боя они начали отступать, собираясь в один большой кулак, чтобы было легче обороняться.

Я уже приготовился потратить около пяти процентов энергии и врезать по скоплению врагов даром «энергетического выброса», как вдруг Белморн нагло меня опередил. Внезапно прямо под отступающими кромами вспыхнул ослепительно яркий огненный шар. Его свет прорезал мрак ночи и осветил полнеба, словно второе солнце взошло над ущельем.

Шар начал стремительно подниматься вверх, и по мере подъёма в нём начали проступать очертания какого-то зверя.

Сначала смутные, размытые, а затем всё отчётливее. Когда огненный шар подобрался к кучке противников, я всё же различил в пламени морду какой-то чудовищной твари. Она была нереально огромной, словно целая скала ожила. Пасть разверзлась прямо под кромами, и они, ошалевшие от ужаса, даже не успели разлететься в стороны.

Огненная пасть сомкнулась, заглатывая их всех без остатка. Ни одного крика, только рваный вой и гул стихии, который оборвался в одно мгновение.

Едва пасть закрылась, пылающий шар вспыхнул добела, засверкал ещё ярче, а затем, словно кто-то вырвал его из этого мира, исчез, оставив за собой лишь клубы дыма и пара, которые тут же унёс ветер.

— Вот это да… — пробормотал я, поражённый увиденным.

Опешив от подобного представления, я даже не успел уследить за клонами, которые тоже оказались жертвами огненного зверя. Я не выдержал и засмеялся.

— Ну и гад же ты, Белморн! Своих не щадишь! — Я не выдержал и засмеялся.

— Отступаем! — приказал я, всё же убедившись, что от тех кромов не осталось и следа.

— Отступаем? — удивился вождь белых кромов, глаза которого всё ещё горели азартом. — Зачем же? Мы же всех порешили!

— Затем, что это была лишь небольшая кучка, — я перестал улыбаться, превратившись обратно в командира. — За стеной их тысячи. Попробуем сунуться туда такими силами — и нас сотрут в порошок.

Белморн тоже перестал улыбаться.