Неудержимый. Книга XXXVIII

Чтобы сбить её натиск и отпугнуть хоть на секунду, я задействовал дар «выброса энергии». В прошлый раз я допустил ошибку, вбухав слишком много сил в «волшебные нити» слив на них непозволительно много. Сейчас я не имел права на такую роскошь."

"Яркий, ослепительный луч вырвался прямо из меня, обдав тварь сиянием, от которого сама пещера на миг наполнилась ослепительным светом. Я почувствовал, как её плоть зашипела, обдав меня вонючим запахом палёной кожи. Гадина дёрнулась в сторону, но я успел ухватить её за лапу.

— Ты куда собралась, паскуда? — рыкнул я.

В тот же миг в моей правой руке вспыхнул энергетический боевой нож, и я со всей силы вогнал его в спину твари.

— Шшии-и-ии-ии-и!! — пронзительно завизжала она, забилась, словно обезумевшая, и принялась хлестать меня второй рукой.

Удары сыпались один за другим, с такой силой и скоростью, что цепочки с дарами «защитных покровов», которые я снял с гвардейцев, начали одна за другой опустошаться. Ещё немного и энергия в дарах закончится. Чтобы не сдохнуть, пришлось в спешном порядке отступать.

Вывернувшись, я с усилием оттолкнул её прочь ногой и, не теряя времени, разорвал дистанцию «телепортом». Оказавшись в стороне, я тут же сотворил новый энергетический нож и метнул его в пустоту. Тварь уже успела слинять, растворившись в пространстве, оставив после себя дымящийся энергетический нож.

Я начал кружиться на месте, пытаясь заметить очередную атаку.

— Ты должен умереть! — послышался тонкий, почти обиженный голос.

— Да-да, придумай что-то новое, — отмахнулся я, понимая, что пока эти мерзкие гуманоиды продолжают сидеть в позе лотоса, сама тварь на меня не кинется.

Не обращая внимания на их угрозы, я подбежал к чаше и склонился над ней. Лучина, которую я бросил раньше, по-прежнему горела, но никакой реакции от храма не последовало.

— Какого чёрта? — нахмурился я, оглядываясь по сторонам. — Почему ничего не происходит?

Неужели нужна вся? Я не стал гадать и, вытащив вторую половину, швырнул её в чашу, тут же усилив пламя всплеском энергии.

— Давай, говно собачье! Разгорайся! — рявкнул я, едва сдерживая злость.

Хотелось не просто кричать, а разнести здесь всё к чёртовой матери. Я даже подумал укусить чашу зубами, лишь бы она дала хоть какую-то реакцию. Хорошо, что вовремя спохватился, вспомнив, что уже активировал дар «ярости», который начал свою работу, сделав меня невменяемым.

Иллюзии вновь растворились, но я только этого момента и ждал.