Неукротимая красавица

Что касается Мораг, она выйдет за Малькольма Гордона и получит хорошее приданое, а также собственную усадьбу. Даже самые молодые сыновья Гордонов смогут значительно улучшить свое положение!

– Чем старше ты становишься, тем больше походишь на мою мать! – в восторге констатировала Мег. – А самые маленькие? Что будет с ними? Ты же не можешь их бросить?

– Джейми привезет их ко мне, когда устроюсь. Путешествовать вместе со мной им будет небезопасно, да к тому же с детьми я стану уязвимой, если король отправит за мной погоню.

– Да, ты права: так будет лучше.

Некоторое время они ехали в молчании, потом Мег не очень уверенно спросила:

– Кэт, возможно, я лезу не в свое дело, но Иэн и Джейн…

– Это дети Ботвелла, и он ничего не знал до тех пор, пока не отправился в изгнание. Когда нас с ним разлучили в первый раз, я подумала, что мы уже никогда больше не увидимся, и захотела ребенка от него. Патрик же, как только я вернулась, тут же уложил меня в постель, каждую ночь требовал, чтобы принимала его, пока не стало ясно, что я беременна.

– И правильно сделала, дорогая. Бедняга Ботвелл! Каково ему было покидать Шотландию, зная, что оставляет здесь не только тебя, но и своих малышей. Ах, Кэт, вы оба заслуживаете счастья.

– Спасибо вам! Вы всегда были мне добрым другом.

Мег перегнулась из седла и, протянув руку, пожала невестке локоть.

– Ты стала для меня дочерью, как обе моих. Будь счастлива, Кэт! Пожалуйста, будь счастлива!

Джеймс Стюарт нежно улыбнулся супруге и ласково погладил ее округлившийся живот.

– Нет-нет, Анна. Не стоит и думать об этом. Какие могут быть путешествия – пусть даже в Гленкирк, на свадьбу юного Джеймса Лесли – в твоем положении? Мы не можем рисковать ребенком.

– Но ведь свадьба состоится в канун Рождества, – простонала королева. – Я не хочу сидеть здесь без тебя в праздник.

– К Рождеству я вернусь, и мы встретим его вместе.

– Ты не успеешь! Разве что умчишься, едва молодые произнесут брачные обеты.

– В таком случае вернусь к Новому году и Двенадцатой ночи, – раздраженно произнес король.

– Но в Дании мы всегда праздновали Рождество всей семьей!

Джеймсу все это, наконец, надоело.

– Но ты не в Дании, Анна! Ты королева Шотландии!

Ее величество залилась слезами, а король сказал себе: «О господи! Не могу же я назвать истинную причину, почему не беру ее с собой!»

– Ну, будет уж, будет тебе, – примирительно произнес король.