Неукротимая красавица

Но как пережить эту ночь? И тут она словно услышала голос Фионы: «Люби его, Кэт, просто люби, как ты это умеешь».

Вернувшись в большой зал, она, чтобы не обижать гостей и не вызывать ненужных вопросов, выпила еще один тост за новых графа и графиню Гленкирк, а затем, извинившись, ушла к себе.

Поскольку Сюзан на эту ночь она отпустила, Катриона сама наполнила ванну теплой водой из котла, примыкавшего к камину, добавила в нее ароматическое масло и, раздевшись, с удовольствием освежилась. Потом погрузила щетку в небольшой хрустальный фиал с солью и вычистила зубы.

В завершение она коснулась пробкой от флакончика с экзотической мускусной эссенцией кожи между грудями, у основания шеи и внутренней стороны бедер. Платье Кэт выбирала с особой тщательностью, поскольку хотела, чтобы Джеймс помнил каждую подробность этой ночи всю свою долгую-долгую жизнь.

Это был изысканный, легкий как паутинка наряд, наподобие греческой туники из ткани цвета весенней листвы, так подходящий к ее глазам. Платье удерживалось лишь застежкой на левом плече и ниспадало до самого пола волнами.

При каждом шаге тонкий шелк шелестел, соблазнительно приоткрывая ее тело. Это платье напоминало другое, которое она надела для короля несколько лет назад. Она была уверена, что он его запомнил.

Расчесав волосы гребнем, смоченным той же мускусной эссенцией, она закрепила их на макушке несколькими черепаховыми шпильками, а концы локонов накрутила на влажные пальцы. Король всегда любил выпускать ее волосы на свободу, а сегодня ей предстояло привлекать его внимание всеми возможными способами, чтобы, наконец, покинув ее, он был уверен, что это была самая восхитительная ночь в его жизни.

Подкинув дров в камин, Катриона удобно устроилась на дубовом диване с мягкими подлокотниками и приготовилась ждать.

Думы ее унеслись к тем временам, когда все в жизни было так просто: никаких забот, любящий супруг рядом.

Скрип потайной двери сбоку от камина оторвал ее от приятных мыслей, и она поспешила навстречу ночному гостю, изобразив самую обольстительную улыбку.

Король вошел в комнату и поставил на каминную полку свою свечу, а затем медленно и с удовольствием оглядел тело Кэт в полупрозрачной одежде. Его янтарные глаза остановились на мгновение на ее полной груди, едва прикрытой, и это зрелище ему явно пришлось по вкусу.

Молча он быстро пересек комнату, расстегнул пряжку на плече Кэт, и с легким шуршанием шелка платье соскользнуло на пол.