Неукротимая красавица

Улучив момент, когда волынщики сделали передышку, Катриона негромко заговорила:

– Моя мать была урожденная Лесли Сайтен, я сама на протяжении восемнадцати лет была замужем за графом Гленкирком, но сегодня вы все стали свидетелями моего бракосочетания с графом Ботвеллом. Нас обоих изгнали из Шотландии по приказу короля за то, что я не пожелала стать его любовницей. То, чему вы все стали свидетелями в часовне, – мой ответ королю Джеймсу. Вы все верно служили Патрику Лесли, а потом оберегали меня на всем пути к моему теперь уже мужу.

Предлагаю вам решить, как поступить. Вы можете вернуться в Гленкирк, и я благословлю вас на это, но также можете принести клятву верности графу Ботвеллу. Выбор за вами.

Для ответа поднялся Конелл:

– Всех, кто вас сопровождал сюда, миледи, в Гленкирке ничто не удерживало, поэтому мы с радостью принесем клятву верности лорду Ботвеллу, но с одним условием. Если когда-либо клан Лесли или наши соотечественники будут нуждаться в нас, мы отправимся к ним на помощь. – Повернувшись к графу, командир, глядя ему в глаза, добавил: – Мы знаем, что при подобных обстоятельствах вы бы поступили так же, сэр.

Френсис кивнул и, повернувшись к Кэт, произнес:

– Это самый лучший подарок. Благодарю тебя, любовь моя.

Она улыбнулась ему в ответ и негромко сказала:

– А теперь я удаляюсь, милорд.

В сопровождении служанок Катриона поднялась в спальню, где с их помощью избавилась от подвенечного платья и нижних юбок. Пока Сюзан развешивала ее вещи в гардеробе, а Мэй наполняла тазик теплой ароматической водой, Катриона снимала чулки.

Оставшись наконец обнаженной, она взяла поданное служанкой полотенце и омыла тело, а потом, вытащив заколки из волос, принялась яростно расчесывать темно-золотистую массу, пока волосы не заблестели в отблесках свечей. Сюзан натянула на хозяйку простое длинное светло-сиреневое платье, и обе служанки покинули спальню.

– Боже, – прошептала юная Мэй сдавленным голосом, – как же страстно миледи ждет своего мужа.

– Да нет же, глупая дурочка, – осадила ее старшая и более мудрая сестра, – ей просто хочется побыть какое-то время одной перед его приходом.

– Но для чего? – удивленно воскликнула Мэй.

– Когда повзрослеешь, тогда и поймешь! – отрезала Сюзан.

Озадаченная, Мэй только покачала головой.

А Катриона стояла на балконе спальни, нависающем над залитым лунным светом садом. Мягкий ночной воздух приятно холодил кожу и доносил аромат распускающихся к ночи цветов. Голова ее шла кругом.