Неуловимый граф

Калиста радостно захлопала в ладоши.

— Ах, я так много хотела бы у вас спросить, — вздохнула она, — есть столько всяких вещей, о которых я хотела бы, чтобы вы мне рассказали! Как жаль, что мы не можем встретиться и поговорить нормально, как все обычные люди, но это невозможно, нет, совершенно невозможно!

— Я все еще склонен думать, что вы несколько драматизируете ситуацию и преувеличиваете возможности вашей матери, — заметил граф.

— Я не собираюсь рисковать тем, от чего зависит вся моя жизнь, чтобы только удостовериться в своей правоте, а вы? — спросила девушка.

— Полагаю, что нет, — ответил граф, — а потому, мне кажется, нам пора возвращаться. Если, не дай Бог, кто-нибудь случайно застанет нас здесь вдвоем, тогда, пожалуй, у нас не останется уже никакого выхода.

— Неужели вы так покорно и безропотно дадите взнуздать себя? — спросила Калиста, и в голо — «се ее снова послышалось презрение.

— Я буду бороться и сопротивляться из всех сил, как арабский жеребец! — ответил граф.

— Ну что ж, я вас предупредила. Соблюдайте все меры предосторожности, держитесь все время рядом с другими гостями, не бродите по дому в одиночестве И, по возможности, не разговаривайте, пожалуйста, со мной — только это и может вас спасти — Пожалуй, последнее огорчает меня больше всего, Калиста; мне кажется, вы очень интересная девушка, и мне было бы приятно побеседовать с вами.

— Это только потому, что вы нашли во мне что-то новенькое, — возразила она. — Этакая девчонка-сорванец, непохожая на других дам, которых вы до сих пор удостаивали своим вниманием!

Граф удивленно поднял брови.

— Не думаю, что это слово подходит здесь более всего; у меня и в мыслях такого не было.

— И тем не менее это так! — заявила девушка, не слушая возражений. — Если бы вы слышали, что говорят о вас дамы, когда они сплетничают между собой в гостиной после обеда, вы бы поняли, как вы выглядите в глазах других: надменный султан, восседающий в своем гареме, где многочисленные наложницы наперебой стараются обратить на себя внимание повелителя, добиваясь его милостей — Если вы всегда будете разговаривать таким образом, — заметил граф, — многие молодые люди будут смотреть на вас с опаской и побоятся предложить вам свою руку и сердце.