Неуловимый. Часть 1

– Сударыня, если вы желаете пройти вперёд нас, то мы с друзьями с превеликим удовольствием уступим вам очередь, – и тут же поправился, – но только вам! Вашим сопровождающим придётся лицезреть наши спины. Мы, к сожалению, тоже голодны!

Понимает, что ввязываясь со мной в полемику, она теряет в глазах своих друзей свою значимость, но желание всегда оставлять за собой последнее слово перебарывает осторожность.

– Мы уже поели, и…

– И давно? – быстро перебиваю я её, не давая договорить мысль. Это является в высшем свете фактом нехилого оскорбления, особенно, если сделано низшим по иерархической лестнице.

И это у благородных, а, чтобы простолюдин не дослушал до конца, что ему говорит благородный, это немыслимо, а, если ещё и при свидетелях.

Но девочка не ожидала от меня такой наглости. От того на автомате и ответила, чем и подписала себе приговор.

– Да мы всегда первыми обедаем. – надменный взгляд, презрительные интонации, едва ножкой о пол не топает, в праведном гневе.

Есть курица, попалась! И я, добавив по максимуму ехидства и глумления в голос, продолжил добивать жертву.

– Тогда, позвольте вас всех спросить, господа! – я развожу руки в стороны и всем корпусом поворачиваюсь из стороны в сторону, как бы обхватывая всё пространство вокруг себя. – А чего вы тут до сих пор тогда трётесь? Меня, что ли дожидаетесь?

Добил я их последней фразой!

Специально выбрал грубые плебейские формулировки, чтобы на контрасте показать их столь низкое падение.

Замолчали все. Оглядываются друг на друга удивлённо, обдумывая мои слова.

Как у Гоголя: «К нам приехал ревизор»!

За столами ребята Губа из охраны сидят. Обедают. Смотрят заодно бесплатное представление. Не вмешиваются. Пока!

Понимая, что попала в скверное положение, мадам пытается как все женщины защититься своими коронными фразами.

«Я так захотела! Мне так подумалось! И вообще, тебя это не касается.» – вот только слова другими были, но суть оставалась та же.

– Я понимаю, меня не касается. – рассмеялся ей в лицо я.

 – Но не я первым подошёл к вам, и даже не представившись, принялся задавать банально глупые вопросы. Как там прозвучало. Ник? – обратился я к своим парням.

Парни уже оттаяли и пришли в себя. Очарование, навеянное юной прелестницей, сошло на нет. Теперь вот стараются держать марку, вроде как они представители администрации школы. От того и, отчаянно труся, на вид выставляли расправленные плечи и гордо вскинутые головы, но, правда, при этом прячась за моей спиной.