– Не заблудилась? – неожиданно спросил Ушер.
– Кто? – не понял я.
– Мысль в твоей пустой голове! – хохотнул за побратима Нир.
Я хмыкнул. В принципе, можно и промолчать, нечего распространяться о своих путешествиях, но дети…
– Нет! Чувствует себя относительно хорошо, а потому попросилась наружу, чтобы, так сказать, поделиться своей необычностью! – ответил, улыбаясь, я.
А чего обижаться, шутка-то вовсе незлобная.
– Ладно, хватит ребят цеплять, – молвил своё веское слово Сноуд. – О чём хотел поведать, малой?
Я, немного стушевавшись от дум, «а стоит ли?», выдержал паузу и начал:
– Почти год назад, почти в это же время, я путешествовал с друзьями и в одном городе влип в историю… – я запнулся, – сам того не желая.
Так вот, – я поднял глаза на мастера, – в этом городе задержали бандитов рядившихся под купцов. Хотя, наверное, кто-то из них точно был торговцем, только продавали они живой товар. Работорговцы. Так же, как и здесь, пропадали дети, пускай и не с таким размахом. И мне «посчастливилось» поучаствовать в их поимке, не буду о деталях.
В общем, группа воровала детей, а потом вывозила их, словно товар, укладывая штабелями на дно повозок, иногда перевозили и в ящиках. Везде в телегах каравана были оборудованы двойные полы, между которыми и укладывались спящие дети. Всем им надевались ошейники Резы. У караванщика был артефакт, которым он проверял детей на магические возможности. Вот я и думаю, а не проворачивает ли кто и у вас такие фокусы?
Мужики быстро между собой переглянулись.
"
"– А ведь может быть! И Кривой именно весной обычно свой первый караван со шкурами к ушастым засылает, а иногда, и вовсе, по прямой в султанат путь держит. – выдал Ушер.
Сноуд быстро глянул на Нира.
– Я на месте эту тему проработаю, а вы вдвоём к порталу и в приграничье со стороны ушастых и султаната! – и, повернувшись ко мне, объяснил: – Кривой – это купец, деляга. В работорговле не замечен, хотя ещё тот пройдоха, да и остальных я сейчас проверю. Но нужны соответствующие полномочия, хотя за идею спасибо.
Подумать только, двойное дно.
На том и разошлись. Бойцы из тройки буквально при нас разъединились и бросились по своим делам, а мы так и остались стоять одни посреди лесопосадки со своими худыми котомками, сиротливо лежащими в ногах.
Шатёр убран. Никого рядом с нами не наблюдается и такое ощущение, что все о нас и вовсе забыли, в том числе, и управленец на которого нас скинул мастер.
– Что скажешь? – спросил я барона.
