– Ну-ка, бегом отсюда, я первый балуюсь с этими красотками! – и, бросив серебряный пятак Кире, приказал: – Вина принеси, паршивец! А вы, жопы подобрали и брысь отсюда!
Цик, ни слова не говоря, вскочил на ноги и, приблизившись к невменяемому придурку неуловимо быстрыми шагами, так же молча, сходу двинул его точно в лобешник.
– А вечер-то перестаёт быть томным! – тихо изрёк проснувшийся Киря, вытаскивая откуда-то из-за спины кинжал, очень похожий на простую заточку.
А через мгновение дверь снова открылась и на пороге появился удивлённый Макс.
И тихо спросил:
– Вы так неосторожно и непочтительно с графом обошлись? – и всё поняв по ошарашенному виду ребят добавил: – Там около тела девчонка в слезах ползает и похоже, что уже кто-то из его бойцов к нам на этаж поднимается.
Все быстро кинулись к оружию.
Но обошлось… пока обошлось.
Старший из бойцов графа только коротко зыркнул на вышедшего в коридор Цика и вместе с ещё каким-то бойцом, еле стоящим на ногах, поволокли пьяное тело, не подающее признаков жизни, в соседнюю комнату, в дверях которой стояла разъярённая фурия.
– Вы ответите за это оскорбление! – тихо прошипела она. – Его сиятельство граф Унаер оскорблений не прощает! Молитесь, пока у вас до утра есть время.
Цик, услышав имя пьяного буяна, заметно взбледнул, но всё-таки, стараясь не терять достоинства, ответил:"
"– Пить меньше надо и язык держать за зубами, если говорить, как дворянин, не умеет! Он сам первым нанёс оскорбление и я знаком с его отцом.
А потому советую, раз уж мы так удачно рядом с городом расположились, вызвать его для разбирательства, иначе завтра он потеряет сына. Вы меня поняли? – с нажимом спросил Цик. – Я спускать оскорбления этому молодчику не намерен. Или завтра у ворот меня ждёт его отец, или утром вы получите труп вашего господина. И предупредите своих людей, мы сегодня ещё погуляем по таверне и, если кто-нибудь из них дёрнется, то прольётся кровь. А оставлять раненых в живых – не в моём характере.
Развернулся и зашёл обратно в комнату.
Наступила тягостная пауза.
Молчание затягивалось. Все смотрели на хмурого Цика, что так и остался стоять посреди комнаты.
– Этот граф… кто он? – не удержавшись, первая нарушила молчание Эмма.
– Сподвижник нашего Верховного мага. Личный друг. У неё все друзья только мужчины, а среди женщин – одна герцогиня. Поговаривали, что он архимаг, но регистрироваться в реестре не захотел. Поэтому значится, как простой магистр.
