Неужели снова ты?!

 — радостный настолько, будто джекпот получил.

Дима ушёл, а я ещё раз прошла в гостиную. Только малейшие детали дома расскажут о его хозяине так, как не расскажет даже он сам. Никаких лишних предметов, этакий мужской минимализм. Взгляд цепляется за тяжелую фоторамку. Такое ощущение, будто она сделана из серебра. В любом случае, работа очень искусная. Средней толщины, с витиеватыми узорами, она обрамляет черно-белую фотографию. Молодые, красивые, счастливые мужчина и женщина обнимаю двух маленьких мальчишек. Большеглазые дети широко улыбаются, показывая свои молочные зубы.

Семья. В глазах мальчика повыше проскальзывают знакомые очертания. Это Дима, понимаю я. Перевожу взгляд на другого ребёнка. Тимур. Симпатичный темноволосый малыш с пронзительными глазами. Настоящие братья.

Я буквально зависла с этой рамкой в руках. Четыре человека и один несчастный случай. Потерять ребёнка, что может быть хуже? Невероятное уважение родителям Димы за то, что не зациклились на утрате и боли, а вытащили своего сына из этого кошмара.

Руки обвили меня сзади. Дима зарылся лицом в мои волосы и молча стоял.

— Я хочу поверить, что не виноват. Ради нас. Не хочу однажды перегнуть, и потерять тебя.

— Я принимаю тебя таким, какой ты есть. Какой есть сейчас. Я полюбила тебя именно таким: бессовестным и нахальным. — потерлась носом о его ключицу. — Это был несчастный случай. Жестокое стечение обстоятельств. Я уверена, Тимур бы не хотел, чтобы ты винил себя, потому что он любил тебя не меньше, чем ты его.

— Почему ты такая? — спросил Дима даже не то, чтобы у меня.

— Самая обычная. — притянула его за голову и поцеловала. — Люблю тебя. — оторвалась от его губ и пробормотала в шею.

— Я и люблю тебя, малышка.

В Димином кармане завибрировал телефон.

— Да, мам. — Что значит приехали?! — Когда? — Где остановились? — Почему не предупредили?! — Что тебе сказала Вера?! — Дима задумчиво потёр переносицу. — Ладно, приезжайте завтра вечером.

— Зай, ты во сколько заканчиваешь?

— Около четырёх.

 — до меня ещё слабо доходил тот факт, что мне придётся знакомиться с его родителями.

— Мам, ждём вас к семи. — подсчитал время в уме. — Ладно. Целую, пока.

С несколько извиняющимся видом Потрошитель уставился на меня. Я вздохнула и спросила:

— Будем сами готовить или из ресторана закажем?

— Приготовишь? У тебя прекрасно получается. — такое умоляющее выражение лица

— точно что-то новенькое. — Маме важно знать, что я в надежных руках. — усмехнулся.

— Хорошо.