Неужели снова ты?!

Гребанным ледяным голосом! Триумфальное возвращение Большого Босса на всех экранах страны! Незаметно скосила взгляд на Тимофея. Тот слегка поостыл. Надеюсь, уже догадался, что конкретно этого человека лучше не разыгрывать.

— Разговариваем. — ровно ответила. — Кстати, познакомься, это Тимофей. Он со своим парнем тоже отдыхает здесь. Тимофей, это Дима, мой молодой человек.

— Приятно познакомиться, — протянул блондин, слегка осмелев, и стал наслаждаться почти отсутствующими реакциями Гордеева. Бизнесмен, умеет скрывать свои эмоции.

— Взаимно, — склабится.

— Ну что ж, мне пора. Всего хорошего. — подмигнул блондин мне и испарился.

— Благодари небесные силы, что этот засранец оказался голубым. Иначе так легко отсюда он бы не ушёл.

— Мы просто поговорили. Ничего такого.

— Ну конечно ничего такого, потому что он заднеприводный, малыш. — проурчал Дима на ухо.

— Прекрати. Как поработал? — положила голову на плечо и прижалась ближе. Стало зябко, но уходить не хотелось.

— Все хорошо, но надо ехать назад. Неизвестно сколько ещё в пробках стоять будем.

— Ещё нет, — улыбнулась, — они у меня всегда холодные осенью и зимой.

Домой мы вернулись ближе к полуночи. Меня отправили спать, а Дима остался вносить финальные правки. Ещё и к врачу записал, к какому-то там проверенному, как он выразился. Не знаю, как он проверял гинекологов на профпригодность, но, если честно, даже и думать не хочу.

Утро было мерзопакостнее некуда. Небо заволокло тучами, того и гляди, дождь начнётся.

— Дим, вставай! — в очередной раз пыталась его растормошить.

— Езжай без меня. — перевернулся и продолжил похрапывать.

— Ты с ума сошёл? Я никуда без тебя не поеду. У тебя проект. — твою налево, он вообще во сколько спать лёг?

Отчаявшись, я пошла на крайние меры. Кувшин с практически ледяной водой — самое то. Пусть мне потом новый матрас покупает, если этот испортится.

Гадливо хихикнула и пошла навстречу своей погибели.

— Дим? — в очередной раз позвала я его.

Три. Два. Один. Зажмуриваюсь и выливаю воду.

— Злата! — грозный рык. Практически перепрыгиваю через кровать и вылетаю из спальни.

— Ты сам виноват. — кричу себе за спину.

Через десять минут из ванной выходит Гордеев, слегка растрепанный и помятый, но уже в гораздо лучшем виде.

— Это было жестоко. — насупился и уселся за стол. Взгляд такой, будто сейчас опять уснет.

— Пей.