Неужели снова ты?!

У меня бы тоже отвисла, если не напряженная рука Димы на моей талии.

— Моя девочка, если бы я мог тебя сейчас уволить, я бы с радостью это сделал. — шепнул он мне в ухо.

— А я-то что? Да кому я нужна. — закатила глаза. — Не надо меня увольнять. — насупилась. — Я вообще только тебя люблю. — попыталась отпихнуть этого упрямого ревнивца, но он не поддался.

— Но они-то об этом не знают. Может мне кольцо на нее надеть? — спросил у самого себя.

— Лучше в глаз мне дай, чтобы заплыл, чем кольцо. — буркнула я, когда у самой все внутри похолодело.

Никаких колец! Это же может быть насовсем! Не хочу! Свободы!

— Все, отстань. — я вырвалась из его захвата и заговорила с гостями.

— Merhabalar! Ноs geldiniz! Benim adim Zlata Zaretskaya. Bay Dmitry'in anlasmasinda tercuman olacagim. (Добро пожаловать! Меня зовут Злата Зарецкая, и я буду переводчиком на ваших встречах с господином Гордеевым.)

— Очень приятно познакомиться. Эмре Аксал. — высокий русоволосый мужчина, примерно одного возраста с Димой на вид, приятно улыбнулся и пожал руку классическим бизнес-рукопожатием.

 — Мы с командой очень рады сотрудничать с вами. — поздоровался с Димой, пока я переводила сказанное Аксалом.

— Прошу подняться в переговорную. — обратила вновь внимание на себя.

— Нервничаешь? — пока мы шли до лифта, поинтересовался Большой Босс.

— Почти нет. В конце концов меня этому учили. — пожала плечами.

— Хорошо. Малыш, пока будем ехать в лифте, поговори с ними на нейтральные темы. Спроси о Москве, Турции. Все, что угодно. Они должны чувствовать себя комфортно.

Сейчас нет смысла обсуждать договор. Они о нем даже не вспомнят, я уверен. Завтра мы с ними не увидимся: нанят гид и обзорная экскурсия, в среду встречаются только юристы, а в четверг придется устраивать ужин. Может после него процесс сдвинется с мертвой точки. Особенности менталитета, как никак.

— Я поняла. Все получится. — незаметно сжала его руку.

— Вы уже бывали в Москве? — доброжелательно спросила не менее дружелюбных турок.

— Я — нет. Онур, аби, — обратился неформально к черноволосому парню лет двадцати пяти в очках.

Этот «аби», то есть «братишка», по-нашему, будто олицетворение современного интеллектуала. — Ты же ездил в Москву в прошлом году, да? К родителям Сении?

— Онур Джайлак. — протянул руку мне. — Это было Подмосковье, кардышым, — повторил обращение «братишка» на другой манер. — Деревня Барвиха, знаете? — перевел взгляд на меня. Кивнула и мысленно ухмыльнулась. Однако не простые люди эти костюмчики.